ЛЕОПАРД
АПРЕЛЬ, 1860
АПЕННИНСКИЙ ПОЛУОСТРОВ РАЗДРОБЛЕН НА ОТДЕЛЬНЫЕ КОРОЛЕВСТВА.
УЖЕ БОЛЕЕ 100 ЛЕТ СИЦИЛИЕЙ ПРАВИТ ДИНАСТИЯ БУРБОНОВ.
НА СЕВЕРЕ НАБИРАЕТ СИЛУ ДВИЖЕНИЕ ЗА ОБЪЕДИНЕНИЕ ИТАЛИИ.
ГЕНЕРАЛ ГАРИБАЛЬДИ, ПРИ ПОДДЕРЖКЕ КОРОЛЯ ПЬЕМОНТА,
СОБИРАЕТ ОТРЯД ДЛЯ ПОХОДА НА ЮГ.
ПАЛЕРМО ГОТОВИТСЯ.
Комендантский час! Все по домам!
А ну, быстро домой!
Готовь ружья!
Такие смелые или такие глупые, а?! Въезжать в город запрещено!
Мы знаем, капитан.
Мой князь. Опустите оружие! Князь, здесь сейчас опасно находиться.
Нынче в городе ужас что творится. Сторонники Гарибальди
всё сильнее звереют.
Я благодарю вас за службу. Однако же нам нужно туда.
Сию минуту. Пропустить их! Расчистить проезд леопарду!
Откатите пушки!
А ну, пошли! Скорее! Быстро! И назад на позиции! Быстрее-быстрей!
Открывайте! Князь Салина приехал!
Ваше Превосходительство.
Князь.
Папа!
Папа.
Принц, ведь комендантский час.
Падре.
Иди, собери вещи.
Ступай.
Бенедико, идём!
Зачем он здесь?
Ко мне, Бенедико!
Пока в городе бунты, все семьи, связанные с Бурбонами,
в опасности. Мы решили,
что девочке сейчас безопаснее
все же быть дома.
Князь, что бы в мире ни происходило, здесь она будет в безопасности.
Неужели вы думаете, кто-то осмелится напасть на монастырь?
Я уважаю ваше мнение, настоятельница, и ни капли в нём не сомневаюсь.
Но моя жена, одна из ваших благотворительниц,
ни мне, ни Спасителю не даст секунды покоя,
пока не увидит дочь дома.
А это что ещё такое?
Быстро, расчисти дорогу!
Что происходит?
Папа.
Князь, вернитесь.
На помощь! Помогите!
Помогите!
Папа. Нас здесь могут убить.
-Да, Ваше Превосходительство. -Принц, всё готово! Можем ехать!
Принц, сядьте в карету! Скорее!
Князь, ну же.
Князь, помогите!
Пожалуйста.
Князь!
Скорее, капитан!
-Князь, сядьте в карету. -На помощь!
Подождите.
Папа!
-Негодяй! -Гони.
Смерть всем Бурбонам!
Вечный покой дай усопшим, Господи…
"Смерть всем Бурбонам" - это же про нас, да? Они хотят нашей смерти.
Кучка еретиков, отступников и головорезов.
Гарибальди хочет сровнять с землёй аббатства, а Папу повесить.
Я очень прошу вас, хватит нести чепуху, падре.
Гарибальди здесь нет. Он в Генуе. Да.
Эти люди просто вымещают свою злость на бедных солдатах.
Как только они обчистят каждый винный погреб в городе - разойдутся по домам.
А я тогда вернусь обратно в монастырь, это правда?
Так хотела бы твоя мать. Поживём - увидим.
Иди ко мне.
Иди.
Как приятно вернуться.
Приехали! Они уже здесь!
Они здесь!
Кончетта!
Катерина!
-Какая же ты худышка! -Она всегда была такой.
Подвинься!
Скажи, ты видела бои в городе?
Кончетта.
Вовремя мы тебя забрали?
«Мы», говоришь? Что-то я тебя вчера
в Палермо не видела.
Он хотел поехать, вот только револьверы свои не нашёл.
Не смейтесь над братом.
Мама.
Твои волосы пахнут монастырским мылом.
Спасибо.
Что ж. Идём внутрь.
-Сейчас все вместе позавтракаем! -О, папа мне всё рассказал.
Здесь великолепная гранита.
Благослови, Господи, нас и дары Твои, которые по Твоим щедротам мы
будем вкушать. Через Христа, Господа нашего. Аминь.
Аминь.
Попробуй.
Скорее, пока падре Пирроне всё не съел.
А где Танкреди?
Он появляется и исчезает, когда захочет.
Он уже взрослый мужчина. У него своя жизнь, свои дела.
Которые мы оплачиваем.
Падре Пирроне, вы здоровы? Выглядите бледно.
У падре Пирроне была трудная ночь.
Так вот отчего вы так побелели? У вас же всё лицо белое, падре.
Не смешно.
Соглашусь с падре Пирроне.
Поводов для смеха нет. У него есть все основания бояться.
-Паоло, они ведь… -Это совсем не шутки, мама.
Не смей перебивать свою мать.
Прости.
Гарибальди не только от иезуитов хочет избавиться,
а от всей династии Бурбонов. Он хочет убить нас.
Он разорвёт нас на куски и выбросит в море.
Это правда.
Можете забыть о балах и нарядах.
Что за чепуха, Паоло?
Все обожают балы.
Его армия надвигается, как вы не понимаете?
А крестьяне и разбойники, громящие Палермо,
всего лишь расчищают для них место.
Хватит.
Замолчи.
Прошу у всех прощения.
Простите.
Но я не понимаю, отчего вы все так спокойны.
Паоло.
Мы на Сицилии. Сейчас апрель.
Через пару месяцев здесь начнётся такое невыносимое пекло,
что революция никому и в голову не придёт.
Все только и будут делать, что искать тенистое местечко,
и с нетерпением ждать октября.
И мы будем жить, как и жили. М-м? Здесь мы в безопасности.
И эту тему я считаю исчерпанной.
Да, отец.
-Да, отец. -Да, отец.
Наслаждайтесь завтраком и возвращением Кончетты. Приятного аппетита.
Это… это не смешно.
Не…не смешно… Да, это… не смешно.
Падре, не обижайтесь. Это шутка.
Мы шутим, потому что любим вас.
Побежали! Молодец!
Умный пёс!
СБОРНИК РЕЧЕЙ ГАРИБАЛЬДИ
Дон Танкреди!
Кончетта!
Всё в порядке, Гаэтано.
Меня решила навестить дорогая кузина.
Спасибо, что заглянула, Кончетта. Я всегда рад тебя видеть.
Но сейчас мне уже пора бежать.
Для кого столько оружия, Танкреди?
Для одного приятеля. Нужно ведь помогать друзьям, правда?
Люди, которые вчера на моих
глазах убили капитана, выглядели вовсе не дружелюбно.
Как Гаэтано, верно? Но Гаэтано мой друг, Кончетта.
Ты решил сражаться вместе с ними? Папа будет в бешенстве.
Так ведь он мне не отец.
Он мог бы поспорить.
Так не рассказывай ему.
Он считает, восстание лопнет, как мыльный пузырь.
Разумеется, Кончетта. Ему бы этого очень хотелось.
Всем, что у него есть, он обязан исключительно Бурбонам.
И всем, что у тебя есть, ты теперь обязан моему отцу.
А…
Наши дома, наши сады.
Пожертвуешь всем ради
своих новых друзей?
Кончетта, я хочу защитить всё это.
-Неужели? -Да.
И я не смогу, будучи на стороне проигравших.
Кто сказал, что проигрываем мы?
Я.
Ну сама подумай. За что сражаются эти твои синие
мундиры? А? За короля, которого никогда не видели?
Или ради того, чтобы кучка жирных священников
продолжала набивать брюхо? Не самый мощный стимул.
А на севере сейчас новые идеи, промышленность, прогресс!
А что у нас здесь? Цензура и взятки.
А ещё…
…если вы проиграете…
…тебя не отправят обратно в монастырь.
Первый достаточно веский аргумент.
Кончетта…
Они прокладывают новые железные дороги.
Мы можем по воде добраться из Мессины в Неаполь. И оттуда на поезде в Рим.
Во Флоренцию. В Венецию.
И всё это будет одна страна?
Ты только представь.
Сицилия будет не просто островом. А частью целого государства.
Но ты всё равно не говори отцу, что видела меня.
Вот как? Не говорить?
Я буду поступать так, как сочту нужным.
Кончетта.
Ладно уж.
При одном условии. Обещай писать, что у тебя всё в порядке.
Какая забота. Это очень трогательно.
Кончетта, когда ты меня увидела…
…всё разглядела?
До свидания, Кончетта.
Руссо!
Князь.
Ты пунктуален.
О, великолепные сапоги.
Новые?
Поедем в Ардживокале.
Хочу проверить, как там мои лимоны.
Синьор Ибба Аньоло, фермер-арендатор.
По моим подсчётам, вы украли у меня пятьдесят корзин
лимонов из Ардживокале.
Нет! Это не так! Я ни в чём не виноват! Прошу вас, поверьте! Умоляю!
Убери зонт.
Князь, лучше не пейте. У них эпидемия.
Ваше Превосходительство, все лимоны украли.
Вооружённые бандиты напали на меня и мою семью. Что мне было делать?
Мне пришлось… отдать лимоны. Пощадите, Ваше Превосходительство.
Веришь ли ты в эту историю, Руссо?
Если лимоны и впрямь украли разбойники…
…почему он об этом не заявил?
Князь, крестьяне - известные искусные лжецы.
Конечно, они ведь сицилийцы. Мы, сицилийцы, часто лжём.
Даже ты, в этот самый момент
пытаешься меня провести.
Вовсе нет, князь.
Правда?
Да.
Мне отлично известно, что разбойники, ограбившие его, - это твои люди.
Пропало не просто пятьдесят корзин ардживокальских лимонов.
Ещё три сотни корзин прямо сейчас спрятаны у тебя в погребах.
Простите меня.
Объясни мне, что у тебя был за план, а?
Сейчас ты воруешь по мелочи… И рассчитываешь позже,
когда меня сметёт революцией
присвоить себе всё остальное?
Знаешь…
Мне стоит тебя уничтожить.
Спалить дотла твой дом. Сослать твоих сыновей в горы.
Нет, умоляю!
Умоляю вас!
Я не сделаю этого.
На этот раз.
Вставай.
Князь, не знаю, как выразить свою благодарность…
Для начала можешь проявить преданность. И запомни одно маленькое правило…
Эти люди знают своё место.
Ты… знаешь своё место. Как и я… знаю своё место.
Всё ясно?
Выкопайте здесь новый колодец с чистой водой. И убедитесь,
что люди получают свежий хлеб. А теперь идём.
Будет сделано.
Шарбонни.
Уголь.
Ваше Превосходительство.
Дэкасиляб.
Донна Кончетта.
Спасибо, Марио.
Шоколя.
Шоколад.
Ко мне, Бендико. Идём.
Дэкасиляб.
Десятисложный.
Высокочтимой донне Кончетте Корбере. Я в порядке. Ваш покорный слуга,
Танкреди Фальконери.
Вперёд!
Давайте все!
Донне Кончетте Корбере. Всё в порядке.
Помогите!
-Будь осторожен, ясно? -Да, синьор.
Донне Кончетте Корбере. Всё по плану.
В атаку! Я в порядке.
Хватайтесь за оружие.
За объединение!
Да будет воля твоя и на земле, как на небе.
Смерть Бурбонам! Смерть Бурбонам! Вот все их секреты, читайте!
…И благословен плод чрева Твоего Иисус.
Для меня есть письма?
Нет, донна Кончетта. Простите.
Да что с ним? Всё лает и лает.
Похоже, его мать живёт в Монреале.
Видимо, он пытался вернуться домой.
О, мой бог.
Тебе есть что сказать, Паоло?
Он был одним из нас, отец.
Он оставил мать. Она будет безутешна.
И всё из-за кучки трусливых псов, вроде Танкреди.
На Сицилии ходят слухи об этом вашем Танкреди. Поговоривают,
что он в открытую поддерживает повстанцев Гарибальди.
Отец, я, конечно, знаю, что вы считаете его святым…
-Паоло! -Но лучше бы кто-нибудь его пристрелил!
Подойди.
Подойди!
Фабрицио!
Кто там?
Папа?
Да?
Насчёт того, что Паоло сказал о Танкреди…
Не слушай его.
В чём дело, милая?
Ты выглядишь расстроенной.
Я обещала ему, что ничего не скажу…
И что же ты решила нарушить своё слово?
Всё равно ты вечно говоришь, что всё знаешь,
всезнайка. Так что, может, мне и рассказывать необязательно.
Я не Господь Бог. Я не могу знать всё.
Может, мне иногда напоминать тебе об этом?
Меня уже утомила эта игра.
Говори. Что случилось?
Танкреди мне писал.
Каждый день. Из Палермо.
Что рассказывал?
Что он в порядке.
Что он цел.
И что же могло бы с ним случиться?
Он уехал в Палермо, чтобы помочь восстанию.
Да. Это мне известно.
Переходи к сути.
Он больше мне не пишет.
-Фабрицио, куда ты? -Кончетта объяснит.
Кончетта? А до утра не подождёт?
Открывайте! Дорогу князю Салина!
Ваше Превосходительство.
Это ещё кто?
Это же князь.
Дядюшка!
Как ты меня нашёл?
Ты думал, я не узнаю, на что ты проматываешь мои деньги?
Ты ведь даже революционные памфлеты печатаешь…
за мой счёт.
Дядя, ты всё знал, но не остановил меня?
Знай я, что вы позволите расстрелять себя,
как стайку цыплят, предпринял бы что-то раньше.
Мы считаем, они нас просто запугивают.
Жаль вас расстраивать, но снаружи толпы людей уже предвкушают,
как завтра займут лучшие места, чтобы насладиться зрелищем
вашей смерти.
Утром я поговорю с одним человеком, постараюсь всё уладить.
Но обещать ничего не могу.
Я очень любил свою сестру.
Хоть умом она явно не блистала.
Вышла замуж за идиота, который все её деньги промотал.
А когда она умерла…
Когда умерла,
бедному Танкреди ничего и не оставила.
Никаких источников дохода.
Пришлось мне его обеспечивать.
Но он всегда был незаурядным.
Когда был еще ребенком.
Я проводил с ним больше времени, чем со своими детьми.
Так вы уже всё уладили и завтра его отпустят?
Нет.
Представления не имею, как мне уговорить этого
болвана губернатора.
С каких это пор мы начали карать расстрелом юных идеалистов?
Вообще-то, как раз юных идеалистов
испокон веков казнят.
А тот, о ком вы пришли просить, представляет угрозу.
О да. Несомненно.
И в основном для себя же. Пока играет на деньги.
Князь, мои солдаты готовятся к войне.
Нам необходим показательный пример. А Танкреди Фальконери вам даже не сын.
Его казнь - идеальный и самый наглядный пример.
Так мой племянник станет козлом отпущения…
вместо одного из этих головорезов?
Племянник князя Салина?
Я очень сожалею. Но все они… будут сегодня расстреляны.
Если захотите, с террасы откроется
хороший вид на казнь.
Это чековая книжка моего лондонского счета.
Просто впишите сумму.
Благодарю.
Но деньги никогда не были для меня главной ценностью.
Их слишком легко потерять.
Чего вы хотите?
Землю.
Я хочу землю, которой… у вас в избытке. И которая…
позволяет вам ни о чём не переживать.
Какую землю вы хотите?
Например, Ардживокале.
Ардживокале?
Получите двадцать гектаров.
Нет, клочок земли мне не нужен.
Я хочу всё.
Да-да, я понимаю,
ваша семья владеет им
уже более сотни лет.
Но такова цена.
Ну что ж, тогда, если хотите, можем увидеться на террасе.
Пятьдесят гектаров.
Всего четыре шага.
Постойте!
Раз уж тебе так нравятся тюрьмы, лучше бы тебе было ограбить банк.
Может, выкупил бы хоть кусок
моей собственности, которую пришлось обменять
на твою свободу.
Но мои товарищи остались там! Это бесчестный поступок с моей стороны,
оставить их в темнице!
Ты хочешь поговорить со мной о чести?
Ну пойдём.
Позвольте.
Ваше Превосходительство.
Бальсамо, одень его.
Зачем всё это, дядя?
Давай, лучше поешь.
Синьор.
Зачем нам в клуб? А?
Налейте две.
Синьоры, у меня есть тост.
За моего племянника, Танкреди Фальконери.
Любой, кто не выпьет, может считать себя моим врагом.
Не дай бог, князь. Выпьем!
Налейте мне.
-И мне, будьте добры. -Вот так.
Долгих лет Танкреди Фальконери!
А теперь идём.
Зрелище будет не из приятных.
Прошу прощения.
Матерь Божья.
Святая дева Мария…
Прошу, не дай мне погибнуть.
Я не хочу умирать. Святая дева Мария…
Святая дева Мария!
Мама, мне страшно.
Господь милосердный, сжалься над нами! Молю тебя! Я не хочу умирать!
Целься!
Огонь!
За Италию!
-Целься! -За Гарибальди!
Огонь!
Нет! Нет! Нет!
Только представь, что было бы, позволь я им казнить тебя.
Франческо!
Ладно-ладно! Ты мой хороший. Тихо, тихо, тихо, тихо. Сядь. Сядь,
-неприлично! -Фабрицио, собаке за столом не место!
Это что, абрикосы?
Они точно спелые? Да-да.
Нет, не давай ему. Ему нельзя кростату!
Дети…
Это не кростата, а бриошь! Один ломтик!
-Какая разница? Собакам нельзя сахар! -Шум подняли, как на рынке Вуччирия!
Кузен!
-Наш Танкреди вернулся! -Танкреди!
Катерина…
Приветствую.
-Мы скучали. -Здравствуй, Кьяра.
Кузен.
О, не такой уж он и почётный гость. Хватит, дайте ему сесть. Пусть поест.
Конечно, садись, кузен.
Тётушка. Я очень благодарен тебе за заботу.
Это ведь и твой дом, Танкреди.
Мы все молились за тебя, Танкреди.
Падре…
А ты скучал по нам, дорогой кузен?
-Да, Катерина. -Неужели?
И я хотел бы признаться, что никогда не бывал,
и вряд ли окажусь за столом прекраснее этого.
Танкреди!
Ну, наконец.
-Обязательно попробуй граниту. -А ещё бриоши - объеденье.
-Возьми, Танкреде. -С удовольствием.
Кончетта, мне тоже передай, пожалуйста.
Кончетта?
Нет, Кьяра. Ты и так много съела.
Кончетта!
-Мама! -Внимание.
Вкусно, да?
Танкреди, как ты смеешь?
Матерь божья, неужели всё опять начинается?
Он пренебрегает всем, что мы ему дали, и тем, чем мы являемся.
По-моему, еда ему понравилась, Паоло.
Паоло, я понимаю твои чувства.
Правда, понимаю.
Помни, что ты мой кузен, и я всегда буду любить тебя.
Армия Гарибальди высадится здесь через несколько дней.
Присутствие Танкреди - это позор для нас. Но вы этого не понимаете.
Или это не так? Он предатель, это невозможно отрицать.
Но кем тогда это делает вас, отец?
Да, дядя. Это отличный вопрос.
По-моему, он сделал верное замечание.
Ты унизил своего сына. Ты его опозорил.
Он задал тебе закономерный вопрос.
Мы, конечно же, любим Танкреди. Он мне как сын.
Но он выступил против нас.
Ну, или против положения, которое мы занимаем.
Хоть я уже и не понимаю, что это за положение.
Мы с вами… твёрдо стоим на нашей земле.
Так же, как и всегда?
Так же, как и всегда.
Племянника ты любишь больше сына.
Кончетту - больше остальных дочерей.
А девиц из Палермо больше меня.
Я знаю, что ты за человек.
И Господь Бог это знает.
И я не хочу, чтобы после смерти ты горел в аду.
Я каждый день молюсь за тебя.
Твои молитвы непременно дойдут до бога, и я обрету смирение.
Ничто в этом мире не сделает тебя смиренным.
Ты какой-то грустный.
Очень грустный.
Спасибо, что заметила, Кончетта.
Это из-за твоих друзей?
Которых?
Тех, кого расстреляли?
И тех, кто ещё жив, тоже. Тех, кто связал себя с революцией,
в которой и ты хочешь принять участие.
Кончетта, смотри, это же райский сад.
Часть меня была бы рада остаться здесь навеки.
Но это значит принять своё положение.
А у меня ведь ничего нет.
Это неправда.
У тебя есть мы.
И всё это тоже.
У меня есть полуразрушенный дом и милость твоего отца.
А где-то там целый мир.
Там я должен быть.
Там я, возможно, смогу построить своё будущее.
Понимаешь?
Ваше Превосходительство.
Ваши лимоны.
У меня есть новости.
Свою собственность в Ардживокале я передал
в управление губернатору Леонфорте.
И убедил его, что управляющего лучше
тебя ему не найти.
Потому с этого дня у меня ты больше не воруешь, зато начинаешь грабить его,
что для тебя куда выгоднее.
Я о тебе позаботился.
Ты доволен?
Это очень щедро, Ваше Превосходительство.
Я рад. Потому что хочу попросить
об ответной услуге.
Всё, что угодно.
Гарибальди и его прихвостни в красных рубахах…
Они появятся со дня на день.
Ты и твои люди… Как думаешь,
вы действительно сможете защитить нас от их вторжения?
Да, князь. В вашем доме… будет безопаснее, чем в монастыре.
Хорошо.
Хочешь ещё что-то сказать, Руссо?
Да.
Насчёт вашего племянника.
Дядя? Что такое? Неужели я что-то забыл?
Хочешь знать, что меня особенно злит?
Что даже о том, как ты истёчешь кровью на боле боя,
я наверняка узнаю от чужих людей.
Мне стоило бы пристрелить тебя.
Да, вернул бы свою репутацию в клубе.
Это точно.
Неужели ты и твой генерал и правда верите,
что сможете навсегда покорить Сицилию? Ты, похоже, забыл о своих корнях.
Я никогда их не забуду.
Греки, римляне, арабы, норманны. Все они так или иначе ушли восвояси.
А мы в ответ лишь… пылинку с лацкана смахнули.
И подумали: «Да как им вообще в голову пришло
попытаться подчинить себе нас! » И вернулись к своим делам,
ожидая следующего горе-захватчика.
И следующий уже на подходе.
Я надеюсь, ты готов.
Возможно, всё это нам на пользу.
Может, мы станем лучше? Может, трудолюбивее? Воспитаннее? Или, может…
честнее с налогами?
Ты грезишь.
Нам не нужны улучшения. Ведь мы считаем себя
верхом совершенства.
Наше тщеславие сильнее любой армии. Не забывай об этом.
Раз мы хотим, чтобы всё осталось, как есть, нужно, чтобы всё изменилось.
Подожди.
Это же Сицилия. Рано или поздно тебе придётся
дать кому-то взятку.
До свидания, дядя.
Все за мной!
К оружию!
-А если он умрёт? -Не умрёт.