ЛЕОПАРД
АПРЕЛЬ 1860 ГОДА
ИТАЛЬЯНСКИЙ ПОЛУОСТРОВ РАЗДЕЛЕН НА МАЛЕНЬКИЕ КОРОЛЕВСТВА.
НА ПРОТЯЖЕНИИ СТОЛЕТИЯ СИЦИЛИЕЙ ПРАВИЛА ДИНАСТИЯ БУРБОНОВ.
НА СЕВЕРЕ НАБИРАЕТ СИЛУ ДВИЖЕНИЕ, РАТОВАВШЕЕ ЗА ОБЪЕДИНЕНИЕ ИТАЛИИ.
ГЕНЕРАЛ ГАРИБАЛЬДИ СОБРАЛ АРМИЮ И НАМЕРЕВАЛСЯ ДВИНУТЬСЯ НА ЮГ.
ВЕСЬ ПАЛЕРМО ЗАМЕР В ОЖИДАНИИ.
Комендантский час! Разойдитесь по домам!
Живо домой!
Внимание!
Совсем страх потеряли или просто отупели?
В город никому нельзя.
Да, мы в курсе, капитан.
Князь.
Опустить оружие!
Вам опасно здесь находиться.
В городе бушуют смутьяны.
Сторонники Гарибальди совсем озверели.
Вы славно справляетесь.
Однако нам всё же нужно туда попасть.
Минутку.
Пропустить их! Дорогу Леопарду!
Уберите пушки!
Ну давайте же, скорее!
Отпирайте! Князь Салина прибыл!
Ваше превосходительство.
Господин князь!
Отец!
- Батюшка! - Князь, но ведь комендантский час же!
Отец.
Собирайся.
Иди же.
Бендико, идем.
Бендико!
Из-за беспорядков
под угрозой оказались все, кто имеют связи с Бурбонами.
Дабы избежать возможных неурядиц,
лучше бы нам забрать девочку домой.
Князь, что бы ни случилось, здесь девочке ничто не угрожает.
Кто осмелится напасть на монастырь святейшего Искупителя?
Я уважаю ваше мнение, госпожа настоятельница, и даже разделяю его.
Однако моя супруга, благодетельница сего монастыря,
не отстанет ни от меня, ни от святейшего,
покуда ее дочь не вернется домой.
Что там творится?
Убирай это всё с пути!
Что там такое?
Батюшка?
Ваше превосходительство…
На помощь!
Помогите!
Батюшка.
Мы так погибнуть можем.
Прошу вас, нам пора.
Князь, путь расчищен, можно ехать.
Князь, скорее! В карету! Давайте!
Господин?
Господин князь, на помощь!
Прошу тебя!
- Князь! - Скорее, капитан!
- Едемте же. - Помогите!
Подождите!
Папа!
Мерзавец!
Едем.
Смерть Бурбонам!
Господь всемогущий, да озарит их вечный свет.
«Смерть Бурбонам» — это, стало быть, нам?
Нам они смерти желают.
Да они же еретики, богоотступники, головорезы.
Гарибальди жаждет низвергнуть аббатства
и повесить Папу Римского.
Святой отец, бога ради, перестаньте нести чепуху.
Гарибальди тут нет.
Он в Генуе.
А эти просто выплеснут свой гнев на пару несчастных, не более того.
Потом натащат себе вина из погребов да разойдутся по домам.
И тогда мне придется вернуться в монастырь, да?
Так желает твоя матушка.
Там видно будет.
Иди сюда.
Иди.
Как радостно вернуться домой.
Прибыли!
- Кончетта! - Катерина!
- Ну кожа да кости! - Она всегда худой была.
А ну, с дороги!
Ну что там в городе, бои?
Кончетта!
- Вовремя мы тебя вытащили. - «Мы»?
Тебя я в Палермо не видала.
Он рвался туда, только вот дуэльные пистолеты не нашел.
Не надо над братом подтрунивать.
Матушка!
Твои волосы пахнут монастырским мылом.
Спасибо.
Ну, идемте же.
- Пошли завтракать. - Батюшка всё рассказал.
У нас потрясающая гранита.
Благослови, Господи, нас
и благослови дары Твои,
которые по щедротам Твоим мы будем вкушать.
Через Христа, Господа нашего.
- Аминь. - Аминь.
Скорее, пока падре Пирроне всё не съел.
А где Танкреди?
Наш кузен является когда вздумается.
Взрослый человек как-никак.
У него своя жизнь, свои дела.
А платим за них мы.
Падре Пирроне, как ваше самочувствие?
Вы будто бы бледны.
У него выдалась беспокойная ночь.
Так это поэтому у вас лицо такое белое, падре?
Не смешно.
Я согласен с падре Пирроне.
Вовсе не смешно.
Он имел полное право бояться.
- Паоло, будет тебе… - Не над чем шутить.
Но мать не перебивай.
Прости.
Гарибальди жаждет крови не только иезуитов,
но и всех Бурбонов разом.
Он хочет разбить наши жизни вдребезги да рыбам скормить.
- И то верно. - Так что позабудь о платьях и балах.
- Что за вздор, Паоло. - Кто ж не любит балы?
Как вы не понимаете? На нас движется целая армия.
Бандюганы устраивают в Палермо погромы,
расчищают путь.
Довольно.
Помолчи.
Прости, отец.
Простите.
Но почему же вы все так беззаботны?
Паоло, это же Сицилия.
Сейчас апрель.
Через пару месяцев здесь будет стоять такая жара,
что никому и в голову не придет
устраивать революцию.
Все будут хотеть одного: отыскать прохладный уголок
да дремать там вплоть до октября.
Ну а мы будем жить своей жизнью.
Здесь вам ничто не угрожает.
Тут и говорить не о чем.
Да, батюшка.
- Да, батюшка. - Да, батюшка.
А теперь насладимся завтраком и возвращением Кончетты.
Приятного аппетита.
«Не смешно».
«Вовсе не смешно!»
Будет вам, падре. Мы шутим.
Беги скорее! Хороший мальчик!
СОБРАНИЕ РЕЧЕЙ ГАРИБАЛЬДИ
Дон Танкреди!
Кончетта!
Всё хорошо, Гаэтано.
Просто моя кузина решила заглянуть.
Спасибо, что зашла, Кончетта.
Как всегда рад повидаться.
Но мне уже пора. Я малость занят.
- Для кого это оружие, Танкреди? - Для друга.
Друзьям ведь надо помогать.
Те, что жаждали убить капитана, что-то не очень походили на друзей.
Они же были похожи на Гаэтано? А Гаэтано — мой друг.
Решил сражаться на их стороне?
Папа будет вне себя.
- Он твой отец, а не мой. - Он так не считает.
Тогда не говори ему.
Он считает, что всё закончится ничем.
Ну разумеется, Кончетта. Такой исход его бы вполне устроил.
Всё, что у него есть, ему дали Бурбоны.
А всё, что есть у тебя, дал мой отец.
Наши дома, сады… Неужто пожертвуешь всем ради новых друзей?
Я намерен всё это защитить.
- Неужели? - Да.
Но не на стороне проигравших.
Кто сказал, что мы проиграем?
Я.
Задумайся, Кончетта.
За кого сражаются эти твои солдаты в синей форме?
За короля, которого никогда не видали?
Или за то, чтоб стайка пухлых священников еще пуще располнела?
Звучит как-то не слишком вдохновляюще.
То ли дело северяне. Свежие мысли. Промышленность, прогресс.
А у нас что?
Цензура да коррупция.
И кстати говоря…
Если проиграете,
не придется возвращаться в монастырь.
Первый убедительный аргумент.
Кончетта.
А ты знала, что они строят железные дороги?
Мы могли бы доплыть из Мессины в Неаполь,
а затем поехать в Рим,
Флоренцию или Венецию.
И это была бы одна страна?
Ну не красота ли?
Сицилия была бы не островом,
а частью единой страны.
Не говори отцу, что ты со мной виделась.
Вот как? Не говорить?
Поступлю так, как считаю нужным.
Кончетта…
Так и быть.
Но при одном условии.
Почаще пиши, что с тобой всё хорошо.
До чего трогательная забота.
А когда ты увидела меня наверху…
Ты всё разглядела?
До свидания, Кончетта!
Руссо!
- Князь. - Как всегда пунктуален.
Славные сапоги.
Новые?
Едем в Ардживокале.
Надо выяснить, что там с моими лимонами.
Синьор Ибба Аньоло.
Фермер.
По моим подсчетам,
вы забрали у меня 50 корзин лимонов.
Нет, неправда! Я тут совершенно ни при чем!
- Прошу, поверьте. - Убери зонт.
- Пожалуйста! - Князь, не пейте.
Эпидемия же.
Князь, умоляю вас.
Лимоны украли.
Бандиты.
Примчались к нам с ружьями наперевес, угрожать стали.
А мне что делать было?
Вот и пришлось им лимоны отдать, синьор.
Веришь ему, Руссо?
Раз это бандиты лимоны украли…
…чего ж он не сообщил о краже?
Это всё крестьяне виноваты.
Уж лгать они умеют как никто.
Еще бы. Они же сицилийцы.
А у нас на Сицилии любят приврать, да?
Даже ты сейчас…
…ложью меня кормишь.
Вовсе нет, князь.
- Нет? - Нет.
Я прекрасно знаю,
что те бандиты — твои люди.
И пропало не только 50 корзин лимонов.
Еще 300 корзин
припрятано у тебя в подвале.
Я не хотел, клянусь.
Скажи-ка мне,
каков твой план?
Крадешь у меня крошки,
а потом, когда меня уничтожит революция,
и всё остальное себе заграбастаешь?
Теперь…
…я должен тебя уничтожить.
Сжечь твой дом дотла.
Забросить твоих сыновей подальше в горы.
Умоляю, нет!
Прошу, умоляю!
Я не стану этого делать.
На этот раз.
Встань.
Не знаю, как вас отблагодарить.
Для начала прояви преданность.
И запомни одно правило.
Эти люди
знают свое место.
И ты
знай свое место.
И я тоже
знаю свое место.
Ясно?
Выкопайте новый колодец, с чистой водой.
И смотри, чтобы у этих людей всегда был свежий хлеб.
- Уходим. - Всё сделаю.
- Charbonnier. - Угольщик.
Доброе утро.
- Донна Кончетта. - Благодарю, Марио.
- Chocolat. - Шоколад.
Идем, Бендико. Пошли.
БЕСПОРЯДКИ ПРОДОЛЖАЮТСЯ
Высокоуважаемой донне Кончетте Корбера.
Я в добром здравии.
Ваш покорный слуга, Танкреди Фальконери.
Вперед!
Вас понял!
Донне Кончетте Корбера. Всё хорошо.
На помощь!
- Будь осторожен. - Ага.
Донне Кончетте Корбера. Всё идет по плану.
Заряжай!
Я в порядке.
Давай оружие!
ДА ЗДРАВСТВУЕТ ЕДИНАЯ ИТАЛИЯ
За единую Италию!
Да будет воля Твоя на земле, как на небе.
Смерть Бурбонам!
И благословен
плод чрева Твоего, Иисус.
Пресвятая Мария, Матерь Божья, помолитесь за нас, грешников.
Есть письма для меня?
Увы, донна Кончетта. Мне жаль.
Чего он там разлаялся?
Полагаю, его матушка живет здесь, в Монреале.
Видимо, пытался домой вернуться.
Пресвятые угодники.
Что, Паоло? Хочешь что-то сказать?
Он был одним из наших.
И где-то по нему будет горевать его мать.
Всё из-за стаи трусливых псов вроде Танкреди.
Знаете, что поговаривают?
Что ваш обожаемый Танкреди
в открытую сражается бок о бок с мятежниками.
Папа, я знаю, ты считаешь его святым.
- Паоло! - Но его пора пристрелить!
Иди-ка сюда.
Сюда иди!
Фабрицио!
Кто там?
- Папа? - Да?
То, что Паоло сказал о Танкреди…
Не обращай внимания.
Что такое, золотце?
Ты будто бы расстроена.
Я обещала ему, что ничего не скажу.
И решила нарушить свое обещание?
Ты всегда говорил, что знаешь всё,
так что, возможно, и смысла нет тебе говорить.
Я же не Господь. Я не могу знать всё.
И часто я могу это тебе припоминать?
Надоела мне эта твоя игра.
Говори.
В чём дело?
Танкреди мне пишет.
Каждый день. Из Палермо.
И что говорит?
Что он в порядке.
Жив-здоров.
А почему должно быть иначе?
Он присоединился к мятежникам.
Да, это мне известно.
Давай к сути.
Он перестал писать.
- Фабрицио, ты куда? - Кончетта объяснит.
Кончетта?
А до утра нельзя подождать?
Открывай! Дорогу князю Салина!
Господин князь.
- Кто там? - Сам князь, не видишь?
Дядюшка!
А ты как меня нашел?
Думаешь, я не знаю, куда ты спускаешь деньги, которые я тебе даю?
Ты даже печать революционных листовок финансировал.
Моими средствами.
Ты всё знал и не остановил меня?
Остановил бы раньше, знай я, что вы полезете под пули.
А мы тут считаем,
что они всё это не всерьез.
Жаль только, что на улице собирается толпа,
жаждущая занять места в первых рядах
и насладиться вашей завтрашней казнью.
Попробую поговорить с кем-нибудь завтра утром и всё уладить.
Но обещать ничего не могу.
Я очень любил свою сестру.
Хотя барышня она была недалекая.
Вышла за полудурка, пустившего по ветру всё ее приданное.
После ее смерти…
После ее смерти
Танкреди ничего не осталось.
Даже жалких грошей.
Пришлось мне его обеспечивать.
Он всегда был исключительным.
Даже в детстве.
С ним я проводил даже больше времени, чем с моими детьми.
И ты сделаешь так, что его отпустят?
Понятия не имею, что сказать этому супостату-губернатору.
С каких это пор юные идеалисты у нас караются расстрелами?
По правде, на эшафоте испокон веков оказывались именно идеалисты.
И этот молодой человек опасен.
Да, еще как опасен.
За игорным столом. Но в основном лишь для себя.
Князь, мои войска готовы к войне.
А на войне надо подавать пример.
Танкреди Фальконери вам даже не сын,
и он может подать прекрасный пример.
И пример этим лизоблюдам вы намерены подать
с помощью моего племянника?
Племянника князя Салина?
Мне очень жаль.
Но этих людей
поведут на расстрел.
Если желаете,
можете понаблюдать за казнью с террасы.
Это чековая книжка с моего лондонского счета.
Просто назовите цену.
Я вам благодарен.
Однако мои убеждения за деньги не продаются.
Слишком легко они тратятся.
Так чего вы хотите?
Землю.
Ту самую,
что у вас в изобилии.
Стало быть, не слишком расстроитесь.
О какой земле речь?
Может, Ардживокале.
Ардживокале?
Получите 20 гектаров.
Мне нужен не просто клочок земли.
Я хочу всё.
Да, я знаю, что ваша семья уже 100 лет владеет тамошними землями.
Но такова моя цена.
Коль захотите прийти,
увидимся на террасе.
Пятьдесят гектаров.
Стойте!
Раз ты так любишь тюрьмы,
чего бы тебе банк не ограбить?
Смог бы выкупить хоть часть поместья, что я отдал ради твоего освобождения.
Мои товарищи всё еще за решеткой.
Но ты не считаешь бесчестным бросать их на галерах.
Еще хватает наглости о чести говорить?
Пошли.
- Разрешите? - Прошу.
- Ваше превосходительство. - Бальзамо, оденьте его.
К чему всё это, дядя?
Просто поешь.
Синьор.
А в клуб-то нам зачем?
Два бренди.
Господа, хочу предложить тост.
За моего племянника, Танкреди Фальконери.
Все, кто не присоединятся, могут считать себя моим врагом.
Упаси Господи, князь. Выпьем!
- Бренди, пожалуйста. - Минутку.
Да здравствует Танкреди Фальконери!
За вас.
Можем идти.
Зрелище будет не из приятных.
Разрешите.
Дева Мария.
Прошу, не дай нам умереть.
Не хочу умирать!
Пресвятая Дева!
Матерь божья.
Господи!
- Мальчик мой! - Мам, мне страшно!
Нет!
Дева Мария, помилуй нас!
Пощадите, умоляю! Не хочу умирать!
Цельсь!
Пли!
- Да здравствует Италия! - Цельсь!
- Да здравствует Гарибальди! - Пли!
Нет!
Представь, что было бы, если бы тебя расстреляли.
Хорошо.
Фабрицио, убери собаку со стола.
А папе так нравится.
- Абрикосы… - Спелые?
Да.
Не корми его тарталетками.
Ребята!
Я не тарталетку дал, а кусочек бриоши.
- Не надо. - Едем в Вуччирию?
- Кузен! - Танкреди!
Танкреди!
Катерина!
Привет.
- Мы скучали. - Привет, Кьяра.
- Привет. - Кузина.
Он же не высокопоставленный гость. Пусть сядет да поест нормально.
Садись, кузен.
Тетя Стелла.
Спасибо тебе за заботу.
Ты же дома, Танкреди.
Мы молились за тебя, Танкреди.
Отец.
Неужто ты не скучал по застольям?
- Да, Катерина! - Да!
Хочу сказать, что нигде не было
и не будет таких застолий, как у нас.
Прелестно, Танкреди.
Попробуй граниту. Потрясающая!
И бриоши вкусные!
- Вот. - Не терпится отведать.
Кончетта, а мне передашь?
Кончетта?
Нет, Кьяра. С тебя уже хватит!
Кончетта!
- Мама! - Эвоно!
Как вкусно!
Танкреди, как ты смеешь?
Пресвятые небеса, неужто он опять за свое?
Он отверг всё, чем мы являемся, всё, что было ему даровано.
Хотя еда ему пришлась по душе.
Паоло, я всё понимаю.
Правда.
Ты мой кузен, и всегда буду любить тебя.
Армия Гарибальди вот-вот явится сюда.
Лишь одно его присутствие
для нас оскорбление. Как вы не понимаете?
Или понимаете?
Раз он предатель, в чём сомнений нет,
то кто же тогда ты, отец?
Да, дядюшка,
отличный вопрос.
Ничего такого он не сказал.
Ты унижаешь своего сына.
Позоришь его.
Да и вопрос он задал вполне себе резонный.
Конечно, мы любим Танкреди.
Он нам как сын.
Но он сражается против нас.
Ну или против нашей позиции.
Хотя я и сама не понимаю, какой позиции мы придерживаемся.
Мы намерены
твердо стоять на нашей земле.
Как и всегда?
Как и всегда.
Ты предпочел племянника сыну.
Кончетту ее сестрам.
И своих девиц в Палермо мне.
Я знаю, какой ты человек.
И Господь тоже.
Мне невыносима мысль о том, что ты окажешься в аду.
Я молюсь за твою душу каждый день.
Твои мольбы перед Господом,
несомненно, усмиряют мой пыл.
Ничто не способно усмирить твой пыл.
Дай мне поплакать
Над моей жестокой судьбой
И я так хочу
Свободы
И я так желаю
Свободы
Ты чем-то опечален.
Весьма опечален.
Спасибо, что заметила, Кончетта.
Из-за своих друзей?
Которых?
Тех, что казнили?
И тех, что живы
и участвуют в революции, в которой и ты жаждешь поучаствовать.
Кончетта, это же настоящий рай.
И я очень хотел бы остаться здесь навсегда.
Но тогда пришлось бы мириться с тем, что я имею. А у меня нет ничего.
Неправда.
У тебя есть мы.
И всё это.
Разрушенный дом да благодетель твоего батюшки.
А там — целый мир.
И я хочу его видеть.
Быть может, там я смогу построить свое будущее.
Понимаешь?
Господин князь.
Ваши лимоны.
У меня вести.
Я передал все свои владения в Ардживокале губернатору Леонфорте.
И я заявил, что лишь ты в состоянии ими управлять.
С сегодняшнего дня ты перестанешь грабить меня
и начинаешь подворовывать у него, с куда большей выгодой для себя.
Считай, я оказал тебе услугу.
Доволен?
Вы так щедры, господин князь.
Да, и хочу попросить кое-что взамен.
Просите что угодно.
Гарибальди и его лизоблюды в красных рубахах…
Вот-вот причалят к нашим берегам.
Ты и твои люди
и впрямь способны защитить нас от вторжения неприятеля?
Господин князь,
в ваших владениях
будет безопаснее, чем в монастыре.
Славно.
Что такое? Хочешь что-то сказать?
Да.
Насчет вашего племянника.
Дядюшка! Что такое? Я что-то позабыл?
Знаешь, что меня печалит?
Ты истечешь кровью в очередной бесполезной битве,
и узнаю я об этом из чужих уст.
Лучше пристрелю тебя прямо сейчас.
Вот и вернул бы себе доверие в клубе.
Вот уж точно.
Ты правда думаешь,
что вы с этим своим генералом сумеете завоевать Сицилию?
- Ты забыл, откуда ты родом. - Никогда не забываю.
Греки, римляне, арабы, норманны…
Все они в итоге разошлись по домам.
А мы просто смахнули
незваных гостей с плеча
да подумали: «С какого рожна они возомнили, что вправе
властвовать над нами?»
Мы терпеливо ждали
будущего правителя.
И новый правитель вот-вот явится.
Надеюсь лишь, что ты готов.
Быть может, он сделает нас лучше.
И какими же?
Более трудолюбивыми? Более культурными?
Больше финансово подкованными?
Да ты бредишь.
Мы не хотим становиться лучше, ведь мы уже считаем себя безупречными.
Запомни, наше национальное тщеславие сильнее любой армии.
Коль мы хотим оставить всё как есть,
значит, нужны перемены.
Постой.
Мы всё-таки на Сицилии.
Рано или поздно придется кого-нибудь подкупить.
До свидания, дядя.
Давай налево!
Да здравствует Гарибальди!
К оружию!
А если он погибнет?
Не погибнет.
ПО МОТИВАМ РОМАНА ТОМАЗИ ДИ ЛАМПЕДУЗЫ «ЛЕОПАРД»
Перевод субтитров: Юлия Фетисова