Всю жизнь
у меня был
этот необычный талант.
Я всегда четко представлял
свое будущее.
Раз я это вижу,
значит, это достижимо.
Задача заключалась в том,
чтобы лепить свое тело
так, как хочется.
Но так же можно поступить и с разумом.
И делать то, что все считают невозможным.
Так рождается воля…
Я вернусь.
…и исчезают сомнения
в том, что мечты могут стать реальностью.
Более того, может произойти
то, о чём ты и не мечтал.
У меня была мотивация
стремиться к большему.
К гораздо большему.
Если бы меня попросили кратко описать Арнольда,
я бы сказал, что более расчетливого человека
в жизни не встречал.
Более азартного человека я не знаю.
Он просто магия во плоти.
Если на съемочной площадке Арнольд,
вполсилы работать нельзя.
Мне до него далеко.
Ему всегда было плевать на правила.
Арнольд считал, что кризис — это шанс, который нельзя упускать.
Арнольд — он во всём Арнольд.
Он понимает юмор вселенной.
Херня.
АРНОЛЬД
ЧАСТЬ 1. АТЛЕТ
Дамы и господа, на сцену приглашается
атлет из Австрии Арнольд Шварценеггер.
Это Арнольд Шварценеггер, ему 22 года,
сейчас он живет в Лос-Анджелесе.
Весит почти 104 килограмма.
Тренируется по несколько часов в день.
Такова его жизнь. Он профессионал.
Кроме того, он ездит по миру с выступлениями.
Послушайте реакцию зрителей.
Вот так!
Арнольд Шварценеггер, Австрия.
Мускулатуру и артистизм атлетов оценивают семь судей.
Первое место занял
Арнольд Шварценеггер.
И победитель назван!
Триумф молодого австрийца.
Я еще в школе ощущал себя чужаком.
Я был другим.
Я не хотел жить так, как живут австрийцы.
Не хотел
учиться до 18 лет, а потом жениться, завести детей
и работать, чтобы прокормить семью.
У меня были куда более амбициозные планы.
ТАЛЬ АВСТРИЯ
Я люблю сюда приезжать.
Каждый раз я смотрю на эти места по-новому.
Под другим углом зрения.
Когда бы я ни приезжал в Австрию, —
для продвижения фильма, по спортивным делам и так далее, —
я всегда навещал Таль.
Всегда приятно побывать на родине, прикоснуться к своим корням.
Таль — очень красивое место.
Вокруг нашего дома
были фермы.
А напротив стоял замок,
построенный в 12-м веке.
Вот посреди такой невозможной красоты мы и росли.
Наш дом новым тоже не назовешь:
его построили в начале 19-го столетия.
На первом этаже жил лесничий.
А на втором — наша семья.
АУРЕЛИЯ ШВАРЦЕНЕГГЕР
Мама была очень трудолюбива.
Аурелия.
Она работала без отдыха.
С маниакальным упорством наводила чистоту в доме.
Я серьезно, два раза в неделю
она, стоя на коленях, драила пол.
Откроешь, например, шкаф
с полотенцами,
а там всё в идеальном порядке.
Всё ровно-ровно.
Бац-бац-бац.
Стоило отцу прикоснуться к ним,
она прямо зверела.
Такой вот фанатизм.
Я с детства знал одно правило:
«Впахивай как лошадь».
Отец был начальником жандармерии.
ГУСТАВ ШВАРЦЕНЕГГЕР
Тиранического склада, суровый такой офицер.
Шутить не любил.
Папа считал, что в доме должна царить дисциплина.
Завтрак нужно заслужить, говорил он.
С братом мы очень дружили
и в то же время соперничали.
МЕЙНХАРД ШВАРЦЕНЕГГЕР
Он был на год старше. Сильнее, умнее меня.
Очень хорошо учился в школе.
Отец наше соперничество только поощрял.
Кто добежит быстрее?
Кто соберет больше красивых цветов в День матери?
«Даю вам час», — говорил отец.
Брат собирал больше, мы шли домой,
и отец говорил: «Молодец, Мейнхард. Очень хорошо.
Арнольд, через год попробуешь снова».
В общем, мы соперничали. Даже в таких пустяках.
Отец пробудил во мне этот азарт, мотивировал меня
и напутствовал меня так:
«Что бы ты ни делал, Арнольд,
приноси пользу людям».
Детство у меня было трудное, хоть и проходило оно в красивых местах.
Ведь война-то только окончилась…
Что происходит с человеком,
когда он приходит с войны
с посттравматическим стрессовым расстройством,
как мой отец?
Он три дня пролежал под обломками рухнувшего дома,
а главное — война была проиграна.
Австрийцы вернулись домой в унынии.
Австрия стала страной морально сломленных мужчин.
Я думаю, временами отцу было очень тяжело.
Он и оплеухи нам отвешивал,
и ремнем нас бил.
Наш сосед тоже сына поколачивал.
Все жили одинаково.
Чем старше я становился и чем больше читал о других странах,
о жизни за границей, тем острее ощущал,
что родился и вырос не там,
что тут что-то не так.
Это может показаться нелепым, но какое-то время
я думал: «Может, мой папа на самом деле мне не папа.
Может, я сын американского солдата».
Я стал думать: «Откуда эти мысли?
Почему я не хочу
быть австрийцем?
Может, я американец? Что всё это значит?»
И я понял, что когда-нибудь должен попасть в Америку.
Что я живу не в той стране.
«Отсюда нужно валить».
Мы с братом приехали в Грац.
ГРАЦ, 1961 ГОД
До этого мы ни разу не были в городе.
После школы мы прошлись по городу
и увидели кинотеатры.
И там была афиша,
на которой вот так стоял мужик.
Я как будто в транс впал.
Кто это?
«Геркулес покоряет Атлантиду».
Уже на экранах.
В роли Геркулеса — могучий дебютант
Рег Парк.
Небывалая мощь.
Я пошел на этот фильм, увидел его тело
и был так поражен, что ни о чём другом думать не мог.
Тестостерон зашкаливал.
Интерес к девушкам зашкаливал.
Началось вот это всё.
А потом я проходил мимо какой-то витрины.
А там были американские товары.
И среди них — журналы о бодибилдинге.
Я смотрю — тот самый Рег Парк,
которого я видел в кино.
Он был на обложке.
В статье рассказывалось, как он тренируется.
Он вставал в пять утра. Тренировался.
Потом снова тренировался. И снова тренировался.
Вот и мне так надо.
Писали, как он стал «Мистером Вселенная»
и как в Риме получил роль Геркулеса.
И я сказал себе: «Господи,
этот дядька — мой кумир».
Он стал для меня примером, я хотел добиться
такого же успеха в жизни.
Я страшно хотел попасть в Америку.
Я готов был работать,
но надо было понять, над чем именно,
узнать, в чём мой талант.
В чём я хорош?
Для меня бодибилдинг был абсолютно американским спортом.
В спортзале меня очень хвалили,
и я понял, в каком направлении двигаться.
Я тренировался дома.
Там было так тихо. Ни единого звука.
И я мог спокойно размышлять, концентрироваться
и представлять, как стану чемпионом по бодибилдингу.
Как перееду в Америку.
Как буду сниматься в кино.
Как заработаю миллионы долларов.
Озеро Талерзее было невероятно красивым.
Там собирались рестлеры,
тяжелоатлеты,
культуристы.
Мускулистые ребята.
Там я встретил Курта Марнула, «Мистера Австрия».
Его всегда окружали красавицы,
а ездил он на спортивной «Альфа-Ромео».
Меня это очень впечатлило.
И я как-то вдруг стал одним из них.
Они меня как будто усыновили.
С тех пор я очень ценил атмосферу такого товарищества.
И где бы ни оказался, всегда старался ее воссоздать.
Отцу мое увлечение не нравилось, оно казалось ему слишком нетипичным.
Типично было бы, если бы я играл в футбол
или хотел стать чемпионом по лыжному спорту.
Вот это по-австрийски.
На кой чёрт тебе тяжелая атлетика?
Да еще в зеркало пялишься во время тренировок. Это что такое?
Самовлюбленность, мол.
Хочешь мускулы тренировать — иди дрова руби, говорил он.
Мама тоже нервничала.
«У всех его друзей
над кроватями
фотографии девушек висят.
А у него — ни одной. Вы только посмотрите.
Ни одной девушки. Только голые мужчины в масле.
Как же мы его упустили?»
Поначалу Арнольд в лидеры не стремился.
Он осваивался в нашей компании.
Но спустя год
он набрал 15–20 килограммов.
Рядом с Арнольдом
всегда такая атмосфера, что тебе всё по плечу,
никаких проблем.
К нам часто приходил мой отец,
и он оценил потенциал Арнольда.
Его отец, Фредди Герстль, здорово нас поддерживал.
Он говорил: «Вам, ребята, нужны не только сильные мышцы,
но и сильные мозги».
Тело само по себе ничего не делает, им нужно уметь управлять.
Запомните, говорил он,
если получите травму, со спортом будет покончено.
Сколько бы вы ни заработали,
у вас могут украсть всё до последнего цента.
А вот мозги ваши никуда не денутся.
Сильный разум.
Ваши мозги, ваша воля
в конечном счете гораздо важнее тела».
Он был полной противоположностью моего отца.
Мой отец всё критиковал,
а он старался нас понять
и ненавязчиво наставить на путь истинный.
Советом, а не силой.
Я всегда слышу его голос:
«Старайся узнавать новое».
Я вступил в клуб тяжелой атлетики «Атлетик Унион Грац».
Ребята с озера тоже там тренировались.
В общем, я наконец-то мог качаться со взрослыми.
Там и Курт Марнул тренировался.
Меня всё время тянуло в этот клуб.
Я без него уже не мог,
ходил туда каждый день.
В клубе была
деревянная стена.
Я взял кусок мела
и написал:
бицепс,
трицепс,
грудь, спина.
И вот я делал упражнение на бицепс
и в этой строчке оставлял черту.
И так далее, черта за чертой.
Следующая строчка.
Разведение рук на скамье.
Так я понимал, что сделал 20 подходов
к каждому упражнению.
После трех часов тренировки вся стена заполнялась отметками
о подходах,
которые я делал на пути к цели.
1964 ГОД, 16 ЛЕТ
В бодибилдинге проводилось одно-два соревнования в год.
Но иногда их бывало и по несколько в день.
Например, «Мистер Штайермарк», то есть «Мистер Штирия».
Еще был «Мистер Геркулес» —
это конкурс на лучшую мускулатуру.
Туда приглашали местных популярных музыкантов.
И женщин из каких-нибудь экзотических стран.
Всё это для того, чтобы улучшить репутацию бодибилдинга.
Было соревнование «Мистер Австрия».
Чемпионат страны по бодибилдингу.
«МИСТЕР АВСТРИЯ» СРЕДИ ЮНИОРОВ ГРАЦ, АВСТРИЯ — 1-Е МЕСТО
Вот здесь я проводил много времени.
В этой кровати и в этой комнате.
Я лежал здесь
вот так.
Валялся себе
и мечтал.
Смотрел на фотографии на стене.
Привставал.
Видел Рега Парка, его тело,
вспоминал его биографию,
детство и юность в Англии,
в Лидсе.
Лидс был похож на Грац.
Фабричный городок.
Люди там много работали.
И я сказал себе: «Он сумел выбраться из Лидса?
Значит, и у меня есть шанс
выбраться отсюда».
И я стал искать возможность уехать.
Я потому и в армию так рано пошел.
В Австрии в армии служат все.
Я решил пойти служить в 18 лет.
Я хотел отслужить и заниматься своими делами.
Дело в том, что паспорт в Австрии выдают только тем, кто был в армии.
Я хотел попасть в танковую дивизию, стать механиком-водителем.
Меня не хотели брать — мол, слишком высокий.
Но у отца были связи в армии, и я стал механиком-водителем.
Самым борзым механиком-водителем в австрийской армии.
Я был в учебке,
и мне пришло приглашение на соревнование в Штутгарте.
На кону стоял титул лучшего культуриста Европы среди юниоров.
Но командир не разрешил мне поехать.
А я и не знал,
что из учебки отлучаться нельзя.
И всё равно уехал.
ШТУТГАРТ, 1965 ГОД
На сцене 28 мужиков,
а побеждаю я.
ЛУЧШИЙ КУЛЬТУРИСТ СРЕДИ ЮНИОРОВ ШТУТГАРТ, ГЕРМАНИЯ — 1-Е МЕСТО
Я уже знал, чем буду заниматься.
Я видел себя на сцене «Мистера Вселенная».
Надо было лишь подставить свою голову вместо
головы Рега Парка, встать на сцене с призом в руках
и напрячь мускулы.
И я видел,
как тысячи людей
в зале кричали:
«Арнольд!»
Это не фантазия
и не мечта.
Я подумал: «На хрена тебе мечта?
Надо четко представить цель».
Когда ясно видишь цель,
появляется уверенность, что обязательно достигнешь ее.
Мое первое впечатление —
таких выдающихся юниоров я еще не видел.
У него было всё.
Даже харизма, которая в таком возрасте мало у кого бывает.
Он уже тогда был
королем сцены.
Я спросил у него: «Нет желания поехать в Мюнхен и стать
тренером в моём спортзале?»
Служить мне надо было три года.
Я спросил, можно ли уволиться раньше.
Сделанное мне предложение
стать тренером в немецком спортзале звучало очень соблазнительно.
Это была единственная возможность
выбраться из Австрии и на шаг приблизиться к Америке.
В Австрии величайшим в истории культуристом стать нельзя.
Для этого нужно тренироваться с лучшими культуристами.
А Меккой бодибилдинга была Америка.
«Я должен выбраться отсюда во что бы то ни стало».
Я не говорю: «Боже,
какое ужасное детство у меня было».
Нет.
Именно то, что я так ненавидел в детстве,
заставило меня бежать из Австрии.
Так, покормим девочек.
Лулу, Виски!
Я тренировался до бесконечности.
Я выдержал все тяготы эмиграции.
Я делал то, что другим было не под силу —
и всё благодаря этому.
Надо же, толкается.
Эти сложности меня
не напрягали. Там, откуда я приехал, было хуже.
МЮНХЕН, 1966 ГОД
Я приехал в Мюнхен,
мой друг Альберт Бузек встретил меня на вокзале
и отвез в спортзал.
Там была маленькая комнатка,
а в ней кровать размером с ту, на которой я спал в детстве.
У меня был только миксер, чтобы белковые коктейли делать,
и кое-какая одежда. Вот и всё.
Так прожил год, а то и больше.
Тат я мог в любой момент
встать и пойти тренироваться.
Мне охренительно повезло, что меня поселили в спортзале.
Постепенно у меня появилась маленькая семья —
всё тот же Альберт Бузек
и Франко Коломбо, с которым я познакомился год назад в Штутгарте.
С ним было здорово качаться,
к тому же он был одним из немногих итальянцев, говоривших по-немецки.
Он из Австрии. Я из Италии.
Мы стали вместе тренироваться и оттягиваться.
С тех пор я один из лучших друзей Арнольда.
Не так сказал.
Давайте снова.
ЛОНДОН, 1966 ГОД
Друзья помогли мне с деньгами на билет, и я полетел
на конкурс «Мистер Вселенная».
24.09.1966, ЛОНДОН
Представляете, несколько месяцев назад я был в армии,
а теперь лечу в Лондон на конкурс «Мистер Вселенная».
Моей целью было попасть в первую шестерку.
А я занял второе место.
И это в 19 лет.
Я сказал себе: «Господи,
если я, деревенский парнишка
из Австрии без всякого опыта, сейчас стал вторым,
то через год я выиграю!»
Арнольд был настолько одарен,
что любители бодибилдинга поняли:
вот оно, будущее.
На конкурсе «Мистер Вселенная»
одним из судей был некто Уэг Беннетт.
ЧАРЛЬЗ БЕННЕТТ (ОН ЖЕ УЭГ) СУДЬЯ, НАСТАВНИК
Он говорил: «Арнольд, выглядишь фантастически, просто изумительно».
Вот так, в британской манере.
Он пригласил нас на ужин.
А ведь он судья. Я не мог в это поверить.
Я тогда ужасно говорил по-английски,
и мы вечно смеялись над этим.
Уэг сказал мне: «Если еще сюда приедешь, живи у нас,
отель не нужен».
В следующем году
Уэг был организатором соревнования
и сам заплатил за мой билет на самолет.
И вот я в лондонском доме Беннетта
по адресу Ромфорд-роуд, 335.
Я это точню помню.
И тут входит Рег Парк.
Встреча с Регом Парком
стала одним из удивительных моментов моей жизни.
Я видел его в журналах.
Я видел его в кино.
И вдруг — вот он, передо мной.
Он только что вернулся из ЮАР и хотел потренироваться.
И мы пошли в зал вместе.
Помнится, он даже свитер не снял.
Это было невероятно:
Геркулес из кино стоял прямо передо мной.
А мы к тому же так хорошо поговорили.
Он знал обо мне всё —
ему Уэг Беннетт рассказал.
Чтобы получше мотивировать меня,
он сказал: «Станешь "Мистером Вселенная" — отвезу тебя в ЮАР.
Будешь там себя показывать, а я тебе буду платить.
И денег заработаешь, и страну посмотришь».
Ошибаться нельзя, в 1967 году я должен стать «Мистером Вселенная».
Уэг говорил: «Качай икры.
У тебя бицепсы гораздо больше икр.
Икры слишком худые, видна диспропорция».
Если хочешь победить,
прокачай всё до мелочей и доведи тело до совершенства.
1967 ГОД, МИСТЕР ВСЕЛЕННАЯ
В итоге всё сложилось как надо.
Первое место —
Арнольд Шварценеггер!
В возрасте 20 лет
я добился
того, чего хотел.
На той самой сцене, где когда-то победил Рег Парк,
мне вручили тот самый трофей, который завоевал он.
Всё произошло именно так, как я предвидел.
Весь зал кричал.
Я будто в сказку попал.
Мозаика сложилась полностью.
ЮАР, 1967 ГОД
Рег Парк пригласил меня
к себе в Йоханнесбург.
ОЛИМП, 90
Можете себе представить?
Мой кумир пригласил меня к себе домой.
Здесь я и познакомился с Арнольдом. Мне тогда было девять лет.
Он был очень учтив, вел себя безупречно.
Он носил сандалии с носками,
как какая-то деревенщина.
У него была очень бледная кожа. А на пляже все были загорелые.
Арнольд благоговел перед отцом, но отец старался,
чтобы он не чувствовал себя неловко.
Мама, конечно же, тоже помогала как могла.
Он сразу стал нам родным.
По вечерам мы вместе ходили ужинать и смотреть кино.
Общаясь с моими родителями, он понял, как много значит семья.
Мне кажется, это впечатлило его больше всего.
Мама дала Арнольду кое-какие советы.
Он знал основные позы, а движение и переходы — нет.
Она помогла ему довести выступления до ума.
МЭРИОН ПАРК
Мэрион была хореографом.
Она научила Рега грациозно держаться на сцене.
Это же совершенно разные вещи. Балет — это грация.
А бодибилдинг — нечто угловатое, малоподвижное.
Сначала я не вник
в ее наставления, но со временем всё же начал их применять на практике.
В детстве я был стеснительным,
а в бодибилдинге-то
надо выступать на сцене.
И я этому учился по-своему.
Учился двигаться и позировать.
Меня поправляли, советовали больше улыбаться на сцене.
И так далее.
И постепенно я превратился
в артиста
и стал получать удовольствие от выступлений.
1968 ГОД, МИСТЕР ВСЕЛЕННАЯ
В 1968 году я принял участие в конкурсе «Мистер Вселенная» в Лондоне.
И во время позирования…
Я показывал бицепсы — и это были самые большие бицепсы на конкурсе.
Потом надо было показать спину —
и такой спины, как у меня, не было ни у кого.
Я знал, что выиграю.
НАББА — МИСТЕР ВСЕЛЕННАЯ ЛОНДОН, АНГЛИЯ — 1-Е МЕСТО
Я выиграл титул «Мистер Вселенная» и был на седьмом небе от счастья.
Я собирался вернуться в Мюнхен,
но тут получил телеграмму
от Джо Вейдера.
ДЖО ВЕЙДЕР ЛЕГЕНДА ФИТНЕСА
Я подумал: «Вот это да.
Джо Вейдер? Он же крестный отец бодибилдинга».
Тренер чемпионов с 1939 года.
Всех «Мистеров Вселенная» и «Мистеров Мира»
тренировал Джо Вейдер.
В телеграмме было написано:
«Приглашаю вас в Майами на наш конкурс "Мистер Вселенная"».
Конкурсов-то было два —
в 60-х Вейдер запустил «Мистера Вселенная» в Штатах.
Домой я уже не вернулся. Все свои вещи бросил.
Позвонил Альберту и Франко и сказал: «Слушайте.
Мне пришло приглашение от Вейдера. Я не вернусь.
Я уезжаю в Америку.
Пока».
АМЕРИКА, 1967 ГОД
АЭРОПОРТ ИМЕНИ КЕННЕДИ
Я приехал в Америку и почувствовал…
…наконец-то я дома.
МАЙАМИ, 1968 ГОД
Потом мы полетели во Флориду.
Я был абсолютно убежден, что уделаю любого американского культуриста.
Стану новым чемпионом.
И величайшим культуристом всех времен.
Он вел себя очень нагло, словно уже всех победил. А сам был не в форме.
Потому что концентрировался только на размере.
Объявили четвертое место, третье.
А потом второе — Арнольд Шварценеггер.
Твою мать.
Не может быть.
Меня ведь считали непобедимым. А тут вдруг победил Фрэнк Зейн.
Это ужасно. Какое унижение.
К тому моменту он привык всё время побеждать.
И вот он впервые приезжает сюда и проигрывает,
по его словам,
цыпленку с руками по 40 сантиметров.
Для него это был удар.
Я был так подавлен.
Я лежал ночью
в своем номере
и думал, что это конец.
Я в чужой стране.
Без языка.
За тысячи километров от дома.
Я проиграл.
И всех разочаровал.
Я представлял, как мир бодибилдинга скажет:
«Мы ошиблись в Шварценеггере.
Пошел он в жопу».
Я проплакал всю ночь.
А на следующий день подумал: «Ну что,
придурок, поплакал, как маленький —
пора двигаться дальше».
Вейдер купил мне билет на самолет в Лос-Анджелес.
ВЕНИС-БИЧ, 1968 ГОД
Он пообещал обо всём позаботиться и найти мне квартиру.
Я сразу написал друзьям: «Тут всё по-другому».
Я был совершенно беспомощен
и одинок.
В зале, куда я собирался ходить,
тренировались лучшие культуристы мира.
Я прихожу в зал «Винсес»,
хочу тренироваться, а владелец, Винс Джиронда,
мне и говорит:
«Да ты младенец.
Потенциал у тебя огромный, но сначала надо согнать тонну жира».
А я думаю: «Что за херню он несет? Потенциал?»
Потом я пошел в «Голдс»,
и Джо Голд сразу прозвал меня Толстопузом.
Тут я подумал:
«Вот чёрт».
Я понял, почему мне обязательно нужно было попасть в Америку.
У американцев иное представление
о хорошей физической форме.
В одиночку я не добился бы ничего.
Мне нужна была помощь.
И я пригласил Фрэнка Зейна, который меня победил,
в Калифорнию, чтобы он потренировался со мной.
Я хотел увидеть своими глазами,
что он делает, чтобы так выглядеть.
Я спал на раскладушке у него в гостиной,
а утром мы вместе шли в зал.
Потом на пляж. Снимались для Вейдера.
Я вернулся во Флориду,
уволился с должности преподавателя и уехал в Калифорнию.
И пока я тренировался там,
особенно в «Голдс», я всё думал:
«Вот бы Франко приехал сюда и увидел, как тут всё устроено».
Он ведь был моим близким другом, мы вместе тренировались в Мюнхене.
Я скучал по нему.
Но, узнав, какого роста Франко, Вейдер потерял к нему интерес.
«Брось, незачем тащить сюда такого низенького парня», — говорил он.
Но в конце концов мы с фотографом Арти Зеллером
смогли его переубедить.
И с этого момента всё завертелось.
Пять, шесть,
семь.
Что?
Семь.
Восемь.
Девять.
Десять.
Хорошо.
- Тяжело. - Сделаем.
- Франко сделает.
Слушай, помоги-ка мне.
В плане объединения людей
я преуспевал даже больше,
чем в бодибилдинге.
Зал «Голдс» в Венис-Бич.
Культуристы тренировались там перед соревнованиями.
А потом Джо Вейдер стал продвигать его как зал чемпионов.
Нос теперь поуже станет.
Мое первое впечатление о нём —
общительный, веселый,
большой любитель пошутить.
Но в зале он всегда был очень собран.
Все были на позитиве. помогали друг другу.
Качаться с Арнольдом было одно удовольствие.
Все пахали изо всех сил, чтобы произвести на него впечатление.
Он был перфекционистом.
Взаимопомощь очень важна.
Мы помогали друг другу качаться полотенцами
и смазываться маслом.
Сам себе-то спину не намажешь. Кто-то должен помочь.
Вот все и помогали друг другу.
А перед конкурсом желали друг другу удачи.
Хотя я обычно добавлял: «Я у тебя выиграю».
К диете я всегда относился без фанатизма.
Мой витаминный комплекс разработали
Фрэнк Зейн и Франко Коломбо.
А потом мы начали эксперименты со стероидами.
Все топовые культуристы
принимают стероиды.
Где-то 5% моего успеха —
это стероиды.
Всё делалось под контролем врача.
Действовало строгое правило: стероиды четыре месяца в год
перед конкурсом, а потом — стоп.
Я стал питаться по-другому.
Хорошенько загорел.
Если человек по натуре хвастун, он всегда рад
покрасоваться перед публикой.
За нашими тренировками наблюдали сотни людей.
Я словно жил в цирке.
И каждый раз получал удовольствие
от того, что люди смотрели на меня
и говорили: «Как потрясающе он выглядит».
Это было летом 69-го.
Я работала хостес в ресторане «Зукис Дели».
Он подошел ко мне и сказал:
«Ты очень сексуальная.
Я должен пригласить тебя на свидание».
У него был очень сильный акцент.
А в лексиконе — примерно сто слов.
Он был красив, привлекателен, харизматичен.
И не такой, как все.
Когда он приехал ко мне, показывали высадку на Луну.
Мы вместе посмотрели репортаж, сфотографировались у телевизора.
Говорит База Спокойствия. «Орел» сел.
После первого свидания
мы стали встречаться постоянно.
Он всегда всех веселил.
В нём было
что-то завораживающее.
Благодаря Барбаре я впервые увидел,
как американцы празднуют Рождество.
Он пригласила меня к себе,
и ее семья оказалась очень гостеприимной.
Я первый раз в жизни
по-настоящему отметил свой день рождения —
мать Барбары испекла мне праздничный торт.
До этого торт мне не пекли и «С днем рождения» не пели.
Почему — не знаю.
Так я в очередной раз восхитился
американским образом жизни.
По сути, нормальной жизнью.
А вот с моей семьей…
Общение с родителями у меня не ладилось.
А брат…
Я словно стер его из памяти на долгие годы,
пока занимался бодибилдингом.
Я строил новую жизнь
и не хотел иметь ничего общего с прошлым.
Джо Вейдер всё придумывал, как меня рекламировать.
И ему в голову пришла идея
сравнить меня с немецкой машиной.
Никаких эмоций, только вперед.
Он считал, это поможет мне стать чемпионом.
Мне понравилось, я себе таким и казался.
Машиной, которую нельзя остановить.
Джо Вейдер хотел, чтобы я побеждал на всех конкурсах подряд.
Чтобы я был на обложке его журнала.
Чтобы благодаря мне люди расхватывали его пищевые добавки.
И чтобы я делал всё
от его имени.
И когда я предложил
качать бицепсы отдельно от трицепсов,
он назвал это «разбивкой Вейдера».
Такой был уговор.
Давай вот это обсудим.
Снимки должны быть уникальны, Арнольд.
Сделай что-то необычное.
А потом я сказал:
«Джо, ты продаешь свои товары и зарабатываешь миллионы.
Я тоже хочу продавать свои товары.
От тебя мне нужны только рекламные площади
в твоем журнале».
Я хотел зарабатывать. Хотел превращать один доллар в два.
Хотел научиться делать это по-американски.
Я сказал Джо Вейдеру:
«Я хочу пойти в колледж и выучить язык.
А потом я научусь бизнесу —
вдруг мне придется руководить твоей компанией».
Ему это понравилось.
Вот новые обложки.
Ну-ка, посмотрим.
Брось, Джо, куда ему на обложку?
Ты же говорил, что туда попадают только «Мистер Вселенная» и «Мистер Олимпия».
Джо!
Когда я одерживаю очередную победу,
то говорю себе: «Так, а что дальше?»
Вечно голодного досыта не накормишь.
Раз Рег Парк выиграл три конкурса «Мистер Вселенная»,
Арнольд должен побить этот рекорд.
Для кого-то это перебор, а мне, наоборот, этого мало.
Мне всегда хотелось большего.
1970 ГОД, МИСТЕР ВСЕЛЕННАЯ
Папа оставил бодибилдинг,
но всё же решил поучаствовать в «Мистере Вселенная».
Папе тогда было 42 года.
Арнольду — 23.
Меня спросили: «Знаешь, кто участвует в конкурсе?»
«Кто?»
А мне: «Рег Парк».
Я говорю: «Да ну, не может быть».
Мне было неловко состязаться со своим кумиром.
РЕГ ПАРК
А потом я победил.
После этого у меня в душе творилось бог знает что.
Было и чувство вины.
Вроде как не стоило мне в этом году участвовать в конкурсе.
Я с 15 лет мечтал об этом,
Рег Парк был моим кумиром.
А теперь вдруг я сам стал
кумиром для других.
Я достиг и этой цели.
НАББА — МИСТЕР ВСЕЛЕННАЯ ЛОНДОН, АНГЛИЯ — 1-Е МЕСТО
Такой уж у меня мозг — он настроен только на движение вперед.
Ему вечно нужно что-то новое.
Новый вызов. Новая вершина.
«Мистер Вселенная» — это, по сути, чемпион мира.
Но конкурс проводится каждый год.
А кто же тогда лучший из лучших?
Вот зачем Джо Вейдер придумал конкурс,
в котором участвовали все «мистеры» и чемпионы —
«Мистер Олимпия».
Победил — ты точно лучший из лучших.
«Мистер Олимпия»!
1969 ГОД, МИСТЕР ОЛИМПИЯ
В 1969 году я впервые участвовал в «Мистере Олимпия».
Это был другой уровень.
СЕРДЖО ОЛИВА
Я состязался с Серджо Оливой.
И проиграл ему.
Он оказался лучше.
Я его крепко поцеловал прямо на сцене
и сказал: «Радуйся, больше ты не победишь».
Через год я вернулся с жаждой реванша.
Я представлял его неким злодеем
и тренировался с удвоенной силой.
И вот мы снова встретились.
1970 ГОД, МИСТЕР ОЛИМПИЯ
И на сцене я чуть схитрил.
Мы принимали одну позу за другой.
А потом я сказал: «По-моему, хватит.
Победителя, наверное,
уже выбрали».
Он сказал: «Ты прав». И ушел со сцены.
А я показал на него пальцем — вроде как он сдался.
Это был психологический трюк, чтобы решить вопрос раз и навсегда.
У АРНОЛЬДА ПЕРВЫЙ ТИТУЛ «МИСТЕР ОЛИМПИЯ»
Он обернулся и сказал: «Сукин ты сын».
Он, конечно, очень разозлился.
ИФББ — МИСТЕР ОЛИМПИЯ НЬЮ-ЙОРК — 1-Е МЕСТО
В 70-е я стремился завоевывать титул за титулом.
1971 ГОД, МИСТЕР ОЛИМПИЯ
Я был настолько хорош, что оставил позади всех конкурентов.
1972 ГОД, МИСТЕР ОЛИМПИЯ
1973 ГОД, МИСТЕР ОЛИМПИЯ
- Как думаете, что там будет? - Не знаю.
Самому интересно.
- Чего ждете от сегодняшнего шоу? - Хочу увидеть классных культуристов.
- А вы бывали на таких шоу? - Нет.
- Вы уже были на таких шоу? - Ни разу.
- А вы? - Тоже ни разу.
МУЗЕЙ УИТНИ, 1975 ГОД
Культурист — это ведь художник,
скульптор, как Роден или Микеланджело.
Ему надо знать, что такое симметрия, и обладать чувством прекрасного.
Если этого нет, то всё превращается
в пустую трату времени.
Вот, стой так.
Всё, стой так.
Чуть изменилось за два месяца.
Я никогда не был доволен своим телом.
Боже ты мой.
Я смотрел в зеркало и говорил: «Не знаю, как это убогое тело
может выиграть какой-то конкурс».
- Спасибо, что пришли. - Лу Ферриньо тоже будет.
Когда я хвастаю, это всё херня.
Отлично. Очень театрально.
Это моя другая ипостась. Я хочу, чтобы мир видел меня таким.
А вот тебе еще.
Для вдохновения. Руки сейчас снимем.
Это Коломбо.
Ну как тебе?
На самом деле наедине с собой
я смотрю на свое тело и думаю:
«Нет, не то. Пока еще не то».
Зацени грудь.
Думаю, именно из-за этого я всегда на пределе
и всегда хочу большего.
Грудь у тебя потрясающая, Арнольд.
Огромная.
Я выступал в Балтиморе и Филадельфии,
позировал там.
Возвращаюсь домой,
а Франко говорит: «У меня плохие новости».
«Что такое?»
А он: «Твой брат погиб в автокатастрофе.
Сел за руль пьяным
и врезался в телефонный столб».
Я был потрясен.
Он всегда был любимцем семьи.
Очень артистичный.
Очень умный.
Много читал.
Но мне кажется, он никогда не был по-настоящему счастлив.
Я думаю, он начал пить потому, что нас воспитывали слишком строго.
Из-за жестокости родителей,
из-за того, что они нас время от времени били.
Видимо, он просто не выдержал всех этих наказаний.
Он был гораздо более мягким человеком
по своей природе.
Мы с братом, по сути, росли
в атмосфере шизофрении.
Отец временами был добрым,
а потом вдруг приходил домой пьяным.
И начинал орать в три часа ночи.
Мы просыпались,
и сердца у нас бешено колотились,
потому что мы знали, в чём дело.
Он мог в любой момент ударить мать
или впасть в бешенство.
Вот такие внезапные вспышки насилия.
И такое детство
для меня, например, было полезным,
потому что я сильный духом и целеустремленный человек.
А мой брат был хрупким.
Ницше был прав:
то, что нас не убивает, делает нас сильнее.
То, благодаря чему я стал таким, каков я есть,
моего брата попросту уничтожило.
МЕЙНХАРД ШВАРЦЕНЕГГЕР
В 1972 году я участвовал в соревнованиях в немецком Эссене,
и туда по неизвестным причинам
приехали мои родители.
Я выступал как минимум
на 50 соревнованиях по тяжелой атлетике, пауэрлифтингу,
на местном, региональном
и национальном уровне.
И родители ни разу там не были.
Так что их появление меня удивило.
Отец вел себя немного странно.
Он был слегка заторможен, и у него иногда заплетался язык.
В общем, что-то с ним было не так.
Через несколько недель
мне позвонили
и сообщили, что у отца инсульт.
Я первым же рейсом вылетел в Австрию.
Приехал в больницу, где лежал отец.
Но общаться со мной он не мог.
Состояние его было тяжелым,
и я не знал, поправится он или нет.
Не знал.
Я вернулся в Лос-Анджелес,
а он вскоре умер.
Когда умерли брат и отец,
я ничего не почувствовал.
Понимаете? Я подавил эти чувства.
Может, они потом когда-нибудь появятся…
Эти чувства. Не знаю.
Я специально тренировался
противостоять любому внешнему воздействию.
Что ж,
я не специалист
по психологии и всему такому.
Могу сказать лишь одно.
Если у человека всегда есть цель в жизни,
некая миссия, то у него
мало времени на то, чтобы задаваться вопросами «Как я себя чувствую?»,
«Нет ли у меня депрессии?»,
«Жалею ли я себя?»,
«Не жертва ли я?».
Мало времени на то, чтобы стыдиться себя, и так далее.
У меня нет на это времени. Оно есть у тех, кто мало работает.
Если человек всё время занят,
ему некогда думать об этом.
Надо двигаться дальше. Вперед.
Когда я понял, что бодибилдинг не слишком популярен,
я решил бросить все силы на продвижение себя.
На что смотрят судьи?
На пропорции, симметрию, объем мышц
и умение их демонстрировать.
Я постараюсь сделать так, чтобы люди поняли,
в чём суть этого спорта.
- Всё влезло в кресло? - Нет, проблема возникла.
Понятно.
КОМУ НУЖНЫ ЗЕРКАЛА? АВСТРИЙСКИЙ ДУБ — КРАСАВЕЦ
Я живу в этой стране всего пять лет.
Что такое «шпили-вили»?
Господи.
ОН НЕ ЧУРБАН И СИЛЬНЫЙ, И УМНЫЙ
Это спорт, и я хочу быть в нём лучшим.
И в то же время я художник.
Я создаю новый образ тела.
1974 ГОД, МИСТЕР ОЛИМПИЯ
В 1974 году Арнольд был в фантастической форме.
Он был просто непобедим.
В 1974-м я выиграл конкурс «Мистер Олимпия».
Таким образом, я побеждал на 13 чемпионатах мира по бодибилдингу.
Брал титул за титулом.
Потому что шел к намеченной цели.
1-Е МЕСТО
И что мне было делать дальше?
Взять еще один титул?
Скучно.
И я остановился.
Я участвую в соревнованиях уже десять лет.
Мне кажется, десять лет — это вполне достаточно.
Надо дать шанс другим.
И уйти победителем.
Дамы и господа, Арнольд Шварценеггер!
Это спорт. Я люблю состязаться.
И мне нравится быть лучшим в мире.
Лучшим из лучших.
Стоять на сцене и знать, что в этом деле нет никого,
кто был бы лучше меня.
Но сейчас это превратилось в рутину,
и я хотел бы заняться чем-то другим.
Попытаться стать лучшим в другой сфере.
Например?
Я хотел бы стать актером.
Интересно узнать, получится у меня или нет.
ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ
Я помню этот разговор.
Алло.
Я сказал…
Скажи, каким актером ты себя видишь.
Он ответил: «Джим…
Я хочу быть не актером.
Я хочу быть звездой».
Перевод субтитров: Камила Кадырова