СЕРИАЛ NETFLIX
Дженни?
«Что, Свен?»
Я отвезу машину на мойку.
«Какой ты молодец».
Ну да, стараюсь.
«Ты просто чудо, Свен Петцольд».
Да.
Спасибо, Дженни.
«Пока, Свен».
Мусор забыл.
«Ничего страшного, бывает».
Стоять!
- Отойди оттуда. - Что?
- Отойди от гаража. - Ладно.
Дальше. Еще дальше.
Так.
- Класс. - Ты что, больная?
Убить меня хочешь?
Да, как и говорила.
Что…
- Блин, это что, огнемет? - Ага.
Да ты совсем отмороженная.
Свен, мне нужно узнать, кого я убила в «Большом Эдеме».
Что-что?
Кого я убила в «Большом Эдеме»?
Бред какой-то. Ты можешь сжечь огнеметом человека,
потому что он действует тебе на нервы.
Это я еще могу понять. Но как ты задания-то свои выполняла?
Наряжаешься, идешь, пьешь кампари с соком,
танцуешь, а потом мочишь мужика, не зная, кто он и за что приговорен?
Кто так делает?
Чекист знает только то, что положено.
Но за наблюдательность пятерка. Запомнил, что я пила.
Ну да.
Короче.
Ты расскажешь мне всё, что известно полиции об этом деле.
Я хочу знать, почему меня посадили.
Нет, ты точно из дурдома сбежала.
Приходишь ко мне домой, пытаешься меня сжечь — и просишь о помощи?
Ага.
Я с киллерами не работаю, ясно?
А я не работаю с классовыми врагами.
Ну, так я раньше думала.
Но времена меняются.
Вот и всё.
Между прочим, я тут тебе жизнь спасла.
- Жду от тебя информации. - Я…
Пока.
Совсем больная.
Они все преступники. Хотят нам аншлюс устроить.
Но я так скажу.
Мы без боя не сдадимся.
Я всю жизнь служил идеалам свободы
и не дам им нас захватить.
А кто, если не я? Мильке подло убили.
Настало время защищать наши ценности.
А известно, кто его убил?
Кому надо, тот знает. Языком не трепи.
Ну что, классно получилось.
Дать еще мази?
Какой еще мази?
Где она?
А зачем она тебе?
Вопросов много задаешь, Майк.
НАРОДНАЯ АРМИЯ ГДР
Долг зовет.
Понятно.
Это промышленное здание. Мы и хотим сделать танцы индустрией.
Массовым движением.
Ди боится, что его записи могут пострадать от конденсата.
Ты знаешь, что это мухоморы?
Да, конечно.
Ладно.
А ты знала, что в Средние века ведьмы ели их, чтобы летать.
Мне кажется, я хотел летать с нуля лет. Если в ноль лет можно чего-то хотеть.
Но это уже к вопросу, есть ли у людей свобода воли.
Здравствуйте.
- Я ищу… - Видимо, моего дедушку?
Да. Он дома?
Нет. Уехал к товарищам на Кубу. А я его внучка, за домом присматриваю.
Он не говорил о Кубе.
- Что ж, зайду позже. - Я шучу.
Куда же он поедет. Заходите, пожалуйста.
Вы уж простите за беспокойство.
Нет, что вы, дедушка очень любит, когда к нему приходят гости.
Давайте пальто, такая теплынь стоит.
Сальве.
Не обращайте внимания. Садитесь.
Хотите выпить?
У дедушки есть коньяк.
Он злится, если я не предлагаю гостям выпить.
Рановато еще.
Ничего. Я только пальто повешу.
А дедушка в питомник пошел, купить мне кое-чего.
Тут недалеко. Он вот-вот вернется.
Дедушка, конечно, не в восторге от происходящего в нашей любимой ГДР.
Как и я.
БНД ФАМИЛИЯ: ГАЙКЕ — ИМЯ: АННА
Но надо признать,
теперь у нас повсюду продается столько цветов,
что я того и гляди передумаю.
Цветы со всего мира — это же прекрасно.
Не эти вечные гвоздики с хризантемами.
Бирючина из Тосканы,
нивяник из Генуи,
стрелиции из Пальмы,
крокосмии с Мадагаскара…
Тило!
А ну, прочь!
Веди себя прилично.
На Западе привыкли к хорошей жизни.
Каждый год МИД ФРГ тратит на цветы 200 000 дойчмарок.
Сколько всего можно было бы сделать на эти деньги в ГДР.
Вы знали об этом?
Нет. Но я вообще не понимаю, зачем нужно срезать цветы.
Три дня постоят, а потом вянут.
И эта затхлая вода в вазе.
Ваше здоровье.
А когда же Отто вернется?
Точно не знаю. Он же пешком пошел.
Он наконец осознал, что ему это полезно.
Вот вы в свои годы чудно выглядите. Спортом занимаетесь?
Немного.
А каким?
Походы, физкультура, аэробика.
Сразу видно, человек с Запада.
Почему?
У нас аэробику называют «ритмической гимнастикой».
А вы дедушку откуда знаете? По работе?
- Нет. - Охотились вместе?
В широком смысле — да.
А питомник-то давно закрылся.
Думаете, здесь кто-нибудь до сих пор соблюдает график?
И вообще хоть что-то соблюдает?
Большое спасибо за гостеприимство.
Пожалуй, завтра еще зайду.
Дедушке что-нибудь передать?
Как вас хоть зовут-то?
Чёрт!
Тило!
Господи, я так и думала. Посмотри на меня.
Ладно, жить будешь.
Так, давай-ка в кровать.
Давай, пошли.
Раз, два, три — встали!
А дама с кольцом?
Она из БНД. Больше сюда не придет.
Прости.
Она не любит цветы.
Во мне дыра.
Вот так.
Эти цветы не пахнут.
Не могу пошевелиться.
Сладких снов.
«Сладких снов»?
- Анна? - Главное управление.
Фрау Гайке заболела.
- Доложите завтра, пожалуйста. - Как скажете.
Привет, это последние новости на радио «Свободный Берлин».
Власти ГДР объявили, что министр Эриха Мильке будет удостоен
государственных похорон.
Траурную речь произнесет «фиолетовая ведьма» Маргот Хонеккер.
А сейчас — Фолькер и лучшие хиты всех времен.
Добрый вечер.
Нужно в архив вернуться. Ох уж эта работа.
Понятно.
Ага.
А ты, Свен? Тоже работаешь?
Ты же вроде уволился?
Чёрт.
Герман,
что тебе сказать?
В жизни каждого мужчины наступает момент…
Герман всё видит, но Герману всё равно.
Я через две недели на пенсию ухожу.
- Ясно. - Ясно.
ДЕЛО «БОЛЬШОГО ЭДЕМА» — 1989 ГОД
Не могу понять.
Почему они так быстро закрыли дело,
хотя даже не выяснили, кого убили-то?
Может, они что-то такое знали?
Это еще хуже. Всё это дело — вонючая куча дерьма.
Знаешь, что странно?
- Посмотри на этот костюм. - Да я уже.
Посмотри. Ничего не замечаешь?
Нет.
- Он совершенно новый. - Ага…
То есть он весь в ссанине и так далее. Но материал-то новый.
Даже карманы остались зашиты.
И этикетка на нём осталась.
Может, ему плевать было на карманы и на всё остальное.
Тот, кому плевать, не покупает костюмы за 2500 марок.
Может, он торопился. Костюм по-быстрому купил — и в клуб.
Или он обычно не носил дорогих костюмов.
Ты эти цифры заметил?
Нет.
Это же телефонный номер.
Возможно.
Фредди, это телефон.
А в деле он не упоминается. Они его даже не пробили.
Надо узнать, чей это номер.
Ты же понимаешь, что отсюда ничего брать нельзя?
Да. Поэтому я всё отксерил.
Ого. Это что, молот?
Твою мать.
Отпусти его.
Осторожно, она убийца.
Но ты, видимо, тоже, да?
Уве?
Отпусти его.
Не дергайся, Клео, а то я пристрелю этого дебила.
Давай-давай.
- Полезай. - Что?
- Полезай туда. - Что?
Чёрт!
Думаешь, я дура? Хватит врать.
Говори по-немецки.
Куда ты собралась?
В бассейн?
Может, не надо так?
Ложись, устраивайся поудобнее. Я нам что-нибудь приготовлю.
Анди, я не больна.
Помоги мне.
Ой, да уйди ты.
Чёртов комбинезон.
Ты меня бесишь.
Устала я от тебя.
Что? Что ты сказала?
Что бассейн меня успокоит.
И что напрягаешь меня сейчас только ты.
Что ты такое говоришь?
Анди, я же не дура.
Сначала ты не пришел ночевать.
Потом начались звонки. Странная баба-сантехник.
Вчера ты опять не ночевал дома.
Аня, ты же знаешь, я люблю только тебя.
Да? Тогда не играй с огнем.
Вот же срань.
Сломался?
Ты чего трубку не берешь?
У меня Уве побывал.
Что? Он ничего тебе не сделал?
Он хотел меня убить.
Он взял Тило в заложники.
У него был раздолбанный гараж. Ты знаешь где.
Эй! Язык проглотил?
Где находится этот гараж?
МАРГОТ: МИЛЬКЕ УБИЛА БНД
ВИЛЬФОРСТ
Простите, ничем не могу помочь.
Ну правда, 1987 год был бог знает когда.
И темно-серые костюмы Джорджо Армани покупают все.
Ладно.
Вы написали на этикетке свой личный номер телефона.
Может, помните что-то такое?
Ну мало ли кому я дал номер.
Хорошо.
Тогда пройдемся по деталям.
Рост метр девяносто, 30—35 лет.
Худой, короткие черные волосы,
трехдневная щетина, симпатичный.
Это описание большинства мужчин, которым я даю свой номер.
Вот как?
Ну ладно.
Но вам же нечасто люди так сильно нравятся?
Может, в нём было что-то необычное?
Господи Исусе.
Это что за херня?
Что это такое?
Камера.
- Вижу, что камера. - Да.
Извините, но у нас элитный бутик.
Знаете, сколько тут воруют? Это просто мера предосторожности.
Камера? Спрятанная за зеркалом?
Так, давайте-ка по-хорошему.
А то мы с Фредди вернемся в участок,
получим ордер на обыск,
вернемся,
перевернем тут всё вверх дном,
изымем все чеки и счета-фактуры,
а особое внимание обратим на камеру.
Два варианта.
Какой вы выбираете?
- Чёрт, что он делает? - Не знаю.
- Нормально я про ордер? - Да.
- Всегда хотел это сказать. - Ага.
Пожалуйста.
Так вы, значит,
фотографируете
голых мужчин?
Не голых. В нижнем белье.
Простите. Конечно, в нижнем белье.
Да. Я бы никогда не стал снимать кого-то без белья.
А фото я делаю для себя. Я коллекционер.
- Ничего такого. - Ясно.
- Да, это… - Как марки.
Да, и они очень…
Это…
Это он.
Он.
- Можно? - Да.
А, да. Это было в июле 87-го.
В городе тогда было весело.
Отмечали 750-летие Берлина. Было полно туристов.
Очень красивый мужчина. Но странный.
А что в нём было странного?
Он очень спешил.
Взял первый попавшийся костюм, хотя ему больше подошел бы 48-й размер.
Старую одежду он оставил тут
и молча заплатил свежеотпечатанными купюрами.
А еще возникла проблема с чемоданом.
Чемоданом?
В нижней части фото. Мужчина его очень берёг.
Когда я попытался подвинуть чемодан, мужчина так разозлился.
Кто знает, что там было.
- Ясно. - Но время было другое.
Граждане ГДР не каждый день ходили по магазинам на Курфюрстендамм.
А почему вы решили, что он был из ГДР?
Чемодан был явно восточногерманским.
Ярко-красным. Из примитивного кожзаменителя.
Такие делали только в ГДР.
С внешней стороны прорезиненный, дешевая вискоза. Да.
У нас тут есть эксклюзивные чемоданы,
но он со своим ни за что бы не расстался.
Я хотел отодвинуть его чемодан от зеркала…
Спасибо. Вы просто душка!
ГДР.
Можно взять это фото?
Да.
Спасибо.
Я с удовольствием дам вам свой личный номер.
Вдруг у вас еще вопросы возникнут.
Меня зовут Меркус.
Свен.
Фредди.
Поэтому я тоже пошел туда.
Понимаешь? Во имя мира. Мы и Стену построили во имя мира.
Мы знали, что политика — дело грязное.
Заранее знали.
- Ага. - Да.
Ну ладно.
Ладно,
надо нам это дело заканчивать.
Ага.
Откинь-ка немного голову, вот так.
Тило!
Ложись!
Клео, это потрясающе.
Что за день сегодня такой?
Вот так.
Пойдем домой, Тило.
Смотри-ка, конфетки «Галлорен».
Я первая!
Привет.
Это шутка была? Ну, насчет…
- Смотрите вперед. - Ясно.
В детстве я нашел на пляже акулий зуб.
Мне было так смешно. Я подумал:
где-то там плавает акула без зуба.
Узнали что-нибудь?
Да. На самом деле много чего узнал.
Почему сразу не позвонили? Почему дожидались моего звонка?
А я же не знаю, работаю на вас или нет.
Я договоров с вами не подписывал.
Мужик из «Большого Эдема», похоже, был из ГДР.
Штази, внешняя разведка — не знаю.
В тот день у него был красный чемодан…
И он этот чемодан очень берёг.
А куда делся этот чемодан? В «Большом Эдеме» его не было.
Не знаю.
- Я навела о вас справки. - Да?
Похоже, карьера у вас не задалась?
Так ведь?
Что я могу сказать?
Я стал отцом в 19 лет, и какое-то время это было для меня важнее всего.
А когда я решил вернуться в игру,
меня взяли только в отдел мошенничеств.
Увлекательная история.
Клео Штрауб знает о Штази всё.
Лица, имена, структуру.
Она уж точно сможет узнать, где чемодан.
Войдите к ней в доверие, и будет вам договор.
Хорошо?
Хорошо.
До скорого.
У акул вырастают новые зубы.
Ваша беззубая акула не существует.
Да ладно.
Блин.
Эта мразь меня чуть не замочила. Тварь!
Ты зачем, придурок чёртов, заложника взял?
Он меня видел. Я должен был его убить. Анди, я еле ушел от нее.
Ты от нее? Да ведь это ты должен был ее устранить.
Да, я знаю. Но она слишком крутая.
Я же сказал тебе замочить ее.
Дегенерат, ты всё дело завалишь.
Знаешь, что с нами тогда сделают?
Да знаю я, хорош уже!
Так. Что делать-то будем?
Ты должен мне помочь.
Дженни?
УШЛА. ВОЗМОЖНО, НАДОЛГО!
Берлога моя.
Я медведь.
Бабах!
Что ты узнал?
Соком не угостишь?
Соком?
АПЕЛЬСИНОВЫЙ СОК
Вроде я в прошлый раз ясно выразился.
Что ты тут делаешь? Почему я должен работать с тобой?
Потому что можешь прославиться. Как тебе такое?
Ладно, я слушаю.
Хорошо. Ты был прав насчет Вичорека, Блюма и Мильке.
Как и насчет того, что они меня посадили, а за что — я не знаю.
Видимо, здесь и разгадка.
Очевидно, мы имеем дело с неким заговором
между Штази, БНД и, возможно, ЦРУ.
Заговором такого масштаба, что до сих пор приходится его скрывать.
Ага.
Заговор между ЦРУ, Штази и БНД?
Если мы будем работать вместе, то по моим правилам, ладно?
Правило номер один: ты прекращаешь убивать людей.
Это нехорошо.
По твоим правилам?
Да!
Хорошо.
Мы команда?
Без убийств?
Без убийств.
Тогда мы команда.
Восточный немец?
С чемоданом.
И зачем мне приказали убить восточного немца?
Я откуда знаю. Тебе виднее.
А это что?
Конфеты «Галлорен».
Итак, что делал восточный немец, на котором был новый костюм,
в западноберлинском клубе, где его убила Штази?
Наверное, он был перебежчиком.
Иначе зачем его убивать?
Хорошо. Тогда у нас есть перебежчик, которого незадолго до смерти
видели с чемоданом, представлявшим для него большую ценность.
Видимо, чемодан он собирался кому-то отдать.
Точно, в клубе!
Так, передача чемодана.
В общем, это шпионский детектив. Спецслужбы, перебежчики.
А в шпионском детективе рано или поздно появляется чемодан. Так? Так.
Наш следующий шаг — выяснить, где чемодан и что в нём.
Придурок!
Ты что, Клео? Погоди. Чёрт!
Эй!
- Что случилось? - Ты живой?
- Да. - Добрый вечер.
Добрый. Петцольд, отдел мошенничеств.
- Где женщина? - Где Марк?
Какая женщина?
Говорят, вам какая-то женщина угрожала.
- Где она? - Нет тут женщины.
Где женщина с пистолетом?
Дженни, спокойно, женщины нет.
- У вас всё хорошо? - Отлично.
- Мы посмотрим? - Я ее видела.
Нет. Извините, пожалуйста.
Вы уж простите.
Моя жена очень ревнива,
особенно когда выпьет.
Я, к сожалению, не шучу. Это…
- Вы принимали алкоголь? - Что?
Принимала. Простите нас. У вас и так столько дел.
Спасибо, что приехали.
Что ж, большое спасибо. Хорошего вечера.
- Спасибо. - До свидания, всего хорошего.
Спасибо.
Дженни, подожди, пожалуйста. Одну секунду!
Дженни, я тебе всё объясню.
Мне это надоело. С меня хватит!
- Выслушай меня. - …Постоянно!
Ну перестань.
Я возьму.
Вольф слушает.
Это я. Есть новая информация. Давай быстро в «Тахелес».
Анди?
Завтра в вечернюю смену? Ясно. Спасибо.
Привет.
Есть разговор.
История с полицией — просто недоразумение.
Дженни, моя девушка,
решила, что ты на меня напала.
Вид-то у тебя опасный.
Но я никому ничего не сказал. Правда.
Так что не надо меня возвращать в список жертв.
Давай и дальше работать вместе.
Я считаю, из нас получится
очень крутая команда.
Вот.
Хорошо.
Ну ладно.
Да, Дженни-то меня выгнала,
и…
Можешь спать на диване.
На этом диване или…
ТЕЛЕФОН
Давай же.
- Да? - Это я, Уве.
С тебя новый гараж, товарищ.
Ладно. У меня есть информация, которая может тебя заинтересовать.
Какая?
Я знаю, почему Контора тебя посадила.
Мужика-то ты убила, но потом были кое-какие ошибки.
А еще я знаю, почему Анди вчера не пришел.
Откуда ты знаешь?
На кого ты работаешь?
Выбирай, где встретимся, Клео.
Вместе мы многого добьемся.
Ладно.
Где-нибудь в людном месте.
Кафе «Интернациональ». Сейчас.
Хорош долбить, сука, жди своей очереди.
- Вольф. - Кафе «Интернациональ». «Клуб-кола».
Безобразие.
- Вы, ребята, трахнулись? - Что?
Вы с Клео трахнулись, говорю?
Тебе-то что?
Нет.
Мне она тоже не дала.
Похоже, ей это не нужно.
Булочки на завтрак будешь?
А где Клео?
Ушла только что.
Что?
Ушла.
Куда?
Кафе «Интернациональ».
- А зачем она туда пошла? - Не знаю. Она не сказала.
Не трахается и не отвечает на вопросы.
Вот заладил про трахаться.
Ты дуешь?
Судя по виду, дуешь.
Я клуб хочу открыть.
Техно.
Нужен генератор дыма.
Не знаешь, сколько он стоит?
Понятия не имею.
А ты не «трахаться» говоришь?
Пистолет взял?
- Конечно. А ты? - Тоже.
На тебе микрофон?
Что за хрень.
Раздевайся.
Стриптиза захотела?
Ну ладно.
Раздевайся.
Хорошо.
Социализму еще не конец.
Нас не захватят.
Мы не друзья, но сейчас мы нужны друг другу.
«Друг другу»?
Уве, что конкретно ты имеешь в виду?
Проснись ты уже.
- «Нас» больше нет. - Чего желаете?
Ничего, спасибо.
«Клуб-колу».
Рассказывай всё, что знаешь.
Что за ошибки и что с Анди?
ГДР дала нам всё.
Мы всем обязаны социализму.
Мы не должны прятаться.
Мы много что делаем лучше, чем капиталисты.
Даже кола у нас лучше.
У них на Западе в мозгах сахар…
Уве!
Неужели ты не знаешь, за кого сражаешься?
Ты же всегда была в первых рядах.
Ведь так, Клео? «Всегда готова».
Чёрт!
О боже!
С дороги!
Чёрт!
Перевод субтитров: Камила Кадырова