Контрольный звонок.
- Всё гладко. - Всё гладко?
Токио допрашивает полиция.
Ты чуть не убил Рио.
Берлин, что ты делаешь?
Профессор, это Найроби.
Берлину нездоровится.
Теперь я главная в группе.
Да здравствует матриархат.
Этот кадр мог стать моим последним воспоминанием о Монетном дворе.
Внутри остались ошибки,
уязвимая группа
и человек, который хотел сделать, как лучше: Найроби.
Профессор, тут черти что творится.
Ситуация критическая.
Токио привязала Берлина к стулу и играла в русскую рулетку.
Затем Берлин сдал ее полиции, а Рио дезертировал.
Берлин едва не пристрелил его, как отряд вьетнамцев.
Ах да, Хельсинки задушил Осло.
Он его убил?
Осло стал овощем.
Хельсинки сказал, что он бы так хотел. Тут просто катастрофа!
У меня нет выбора, кроме как встать у руля, пока всё не устаканится.
Что он делал среди полиции?
Я был в поместье в Толедо. Это часть плана.
Профессор,
нам нужно знать, в какой мы ситуации.
ПОНЕДЕЛЬНИК, 21:00
Есть некоторые проблемы.
83 ЧАСА С НАЧАЛА ОГРАБЛЕНИЯ
Я бы сказала, что это была главная проблема.
Помощник инспектора Анхель раскрыл Профессора.
У Анхеля были его отпечатки, оставалось выйти из комы.
Дни Профессора были сочтены,
впрочем, наши тоже.
ПОЛИЦИЯ
Тут ситуация не лучше, чем у вас.
Слушай, ты решай проблемы там, а я как-нибудь разберусь тут.
Звонят из палатки. Переключаю.
Инспектор.
Я хочу кое-что прояснить.
Как мне теперь вас называть?
Профессор? Серхио? Или мистер Маркина?
Я всегда буду для вас Профессором.
Как при знакомстве.
А вы останетесь инспектором Мурильо, даже если будете моим палачом.
Помните ваш первый секс?
Конечно. Первый раз все помнят.
Это мой первый раз...
...в мире криминала.
Не важно, увенчается ли дело успехом, я буду...
...вспоминать его с нежностью.
А вы энтузиаст.
Миру нужны такие, как вы.
Надеюсь, когда вы освободитесь из тюрьмы,
то поможете нашей стране.
Где это было?
Что «это»?
Где был ваш первый раз?
В палатке.
Прекрасно. Хорошее место для первого раза.
Звуки природы, лучи солнца...
Да, в этом вы правы. Место хорошее. А в остальном всё было...
...скажем так, экспериментально.
И... очень быстро.
Профессор.
Я звоню, потому что ваша напарница Силене Оливейра
сегодня вечером будет помещена под стражу. Без права залога.
Что же сказала вам Токио, что ей не дали 72 часа?
Она пыталась умничать.
Знаете, я одного не понимаю. Зачем отпускать своего, а не заложника?
Скажем так, в группе были разногласия.
Плохи ваши дела, Профессор. Признайте.
Признаю, вы выигрываете. Но только одну битву.
А это лишь мизерная часть войны.
Он всё дразнится, хотя у них бунт?
Он кремень.
Сальва, ты как?
Как состояние?
Ну...
Не знал, что завязывать шнурки бывает больно.
Вот бы кто-то полечил твои синяки.
Медсестра, например...
Какое...
...соблазнительное предложение.
Я бы с радостью тебя полечила,
но только у меня дома. Я хочу увидеть дочку.
- Но что это будет за романтика? - Я думаю, это идеальный план.
Хорошо.
Когда ты годами о чем-то думаешь,
это становится твоим миром.
Идеальным миром.
Но план был не только Профессора.
Он был и наш тоже. И мы все лажали по полной.
Впервые Профессор почувствовал слабость.
И укрыться в объятиях Ракель показалось лучшим выходом.
Единственно возможным.
Теперь ты тоже заложник.
Что случилось?
Они пытались меня убить.
Почти застрелили.
Почему тебя хотели убить?
Они сдали Токио полиции.
Я тоже хотел сдаться.
Элисон!
Не трогай ее.
Она из ума выжила!
- А если Токио вернется, что будет? - Не вернется. Ее вышвырнули.
Поведение Элисон нам на руку.
- Как это? - Чтобы выбраться отсюда!
Всем нам!
Неужели так сложно понять?
Они закрыли остальных заложников,
которым пообещали свободу!
Некоторых из нас сильно унизили.
Лишили меня отношений.
И отцовства.
Они пообещали нам деньги...
...но это ложь.
Полная туфта! Он подтвердил.
Сколько еще вы будете сидеть тут и молчать?
Грабители слабы как никогда.
С этим никто не поспорит. Если мы упустим возможность,
они сбегут. Пора кончать с ними!
Наберитесь смелости и мужества,
покажите всю вашу ярость!
Мы должны что-то сделать.
Украсть пистолет.
Что?
Как мы сможем украсть у них пистолет?
Подменим их пистолет на игрушечный.
Надо украсть у них настоящий пистолет и подкинуть им игрушечный.
Так мы разоружим одного из них.
А одного из вас - вооружим.
- Привет, милая. - Мама, почему не спите?
Мамочка!
Доченька.
Иди ко мне.
Обними меня.
Подожди минутку.
- Ты почему так поздно не спишь? - Хотела тебя увидеть.
Я тоже, детка.
Привет.
Почему ты не предупредила? Я бы ужин приготовила.
Вы же останетесь на ужин?
Да, на ужин и на сон, если уж честно.
Вы встречаетесь?
Милая...
Ну...
Да, так ведь?
Вроде того.
Ты звал ее замуж?
Вообще-то нет, но...
Но мы целовались, а это одно и то же.
Понятно.
Паулита, пойдем.
Тебе в школу завтра.
Не волнуйся, я ее уложу.
Спасибо.
Ты правда его избил?
Ну...
...да, избил.
Я пришел в ярость от мысли, что он поднял на тебя руку.
Я не люблю рукоприкладство.
Его вообще не должно быть. Но надо уметь защищаться.
- Я не тот, кто... - Сальва.
Я рада, что ты задал взбучку этому козлу. Я бы сама с радостью.
Хоть так и неправильно с точки зрения политики.
Ну...
...иногда политически неправильные решения - единственно верные.
По своему опыту сужу.
Я рада, что ты здесь.
Итак, начинайте паковать сумки, без перерыва!
И ни слова об обмане?
Брось эту херню в стиле Ганди, а то придется жрать дерьмо.
И кстати, клянусь, что я никому не соврала.
Теперь Найроби главная. Пакуйте сумки!
У Найроби тяжелая рука для женщины.
Берлин, мы тонем.
Поэтому, я считаю, самое главное - выбраться отсюда живыми.
Не наделав ошибок.
Скажи,
ты со мной
или против меня?
Раз, два, три,
четыре, пять,
- вышел зайчик погулять. - Зайчик погулять.
Я с тобой, Найроби.
До конца.
Я буду выполнять твои приказы.
А еще признаюсь, что меня заводит идея
подчинения женщине-богине.
Лучше молись этой богине, ведь у нее твой морфий.
В том кабинете они держат игрушечные пистолеты.
И что?
Один из нас должен туда пробраться и взять игрушку.
И с кем из грабителей ты хочешь поменяться?
С Денвером.
Он самый тупой.
- Кто заберет у него пистолет? - Моника.
- При промывании раны. - Зачем ей это?
Это же самоубийство.
Потому что он стрелял в нее.
Он воспользовался ею. Ее отчаянием и страхом.
И не один раз.
А теперь он тебя кинул, так?
Да.
Сочувствую.
Но так бывает.
Иногда мы хотим изменить нашу жизнь,
надеемся на что-то...
Но грабителю ты не нужна.
Ладно.
Я заберу пистолет.
Есть ключ от того кабинета?
Нет.
Что за план «Чернобыль»?
«Чернобыль» - отчаянный, но очень красивый план.
Выпустить с крыши шары с купюрами внутри.
Затем расстрелять шары, порождая
прекрасный денежный дождь. Приедут все СМИ.
Типа новогоднего шоу, только с банкнотами в 50 евро?
Это план «Чернобыль»?
Люди начнут поднимать деньги, полицию обуяет хаос. Представьте.
- Миллион евро падает с неба. - Да уж.
А мы ускользнем в суматохе.
Хитро.
Ты же знаешь: Профессор - идеалист.
Ему важнее послание, чем деньги.
Я ничего не говорил, потому что было рано.
Пожелайте мне удачи.
Мистер Торрес,
ко мне в кабинет!
Заходите, Торрес.
Итак,
можно ускорить печать банкнот?
Вообще, да.
Но это большой риск.
Если произойдет сбой, мы несколько часов будем чинить.
- Посчитайте увеличение выработки. - Да, мисс Найроби.
Мистер Артуро?
Торрес, черт возьми, уходи!
- Что вы тут делаете? - Не твое дело. Молчи.
Уходи отсюда и не запирай дверь.
Извините, но я должен доложить о вас.
Если они узнают, что я вас видел, мне конец.
Послушай... кретин.
У меня пистолет.
Не смей докладывать.
Или ты умрешь первым.
Простите, Артуро, но это игрушечный пистолет.
Вы сумку не закрыли.
Послушай.
Внимательно. Повторять не буду.
Когда все закончится, а счет идет на часы,
ты вернешься домой
и на свою хреновую работу.
В тот же день я буду ждать тебя
с извещением о сокращении и жестким дисциплинарным штрафом.
И хрен ты найдешь работу до пенсии. Понял?
У тебя ведь три дочери?
Две из них сколько без работы сидят?
Семь лет, насколько я помню.
Решать тебе.
Торрес.
Мисс Найроби.
Ну что?
Мы увеличим печать на два миллиона
в час.
Вперед.
И еще: технические остановки теперь каждые шесть часов.
- Это дополнительные два миллиона. - Хорошо.
Запомните мои слова: всё будет зашибись.
Тебя что-то беспокоит?
Нет.
Просто я волнуюсь, ведь это лучшая ночь в моей жизни.
Сальва, я уже твоя, ни к чему эти высокопарности.
Это правда.
Я такого и не ждал.
Ах, не ждал?
То есть, обычно ты ожидаешь?
Ну, скажем так...
Я человек, который...
...выбирает, что завтра надеть, накануне.
Человек, который одержим...
...идеей...
...сделать лучший сидр в мире.
И...
...я всё изучил.
Кислотность, брожение...
Каждую реакцию каждого ингредиента.
Я изучал...
...год за годом.
Но бывает, что одно плохое яблоко
может испортить всю партию.
Сальва, ты помешался на сидре?
Это мечта моего отца.
Он умер, не осуществив ее.
Он...
...хотел сделать...
...2 400 баррелей.
Я понимаю, что это дань отцу,
но почему ты не сделаешь
половину или четверть,
а потом...
...перейдешь к своим мечтам?
Давай сбежим.
Очень скоро я закончу это дело с сидром,
и можно улететь на Карибы.
Понимаешь,
хоть я и не гоню сидр,
но у меня есть мать и дочь,
и ограбление нераскрытое.
Мы возьмем твою маму
и дочку. Мы улетим все вместе. Только представь:
Паула будет расти у моря.
Ракель...
Я не хочу, чтобы это исчезло.
Не хочу игнорировать желание...
...чувствовать жизнь. Сейчас оно острое как никогда.
Ты бы пересек океан вместе
с матерью, дочерью
и бабушкой?
Да, я так чувствую.
Но есть и план Б.
Офигеть...
Вот это да!
Просто...
Я даже подумать не могу о другом.
Закрой дело с ограблением. Сделай, что должна,
и мы улетим.
Хорошо.
- Да? - Да.
Хорошо.
Да.
Все слушайте меня.
Мы раскроем это ограбление за 24 часа,
хватит уже задвигать на второй план свои жизни.
Суарес, звони начальнику Санчесу.
Я не позволю, чтобы кого-то еще убили или поймали. Так что, Найроби,
знай: твоя скорость просто эпична.
Прими мои искренние поздравления.
Я вытащу вас оттуда.
Прежде, чем они начнут палить.
- Мне нужны Лобо и остальные стрелки. - Что ты задумала?
Я думаю, человек, который нам звонит - настоящий мозг всей операции.
Это он навел нас на поместье в Толедо.
И я знаю, как его поймать.
Первым делом - заложники.
Спасибо, но у нас нет людей, чтобы охранять заложников.
Мы обещали им свободу, так давайте дадим ее.
Мы отпустим их, дай мне час.
Будет огромное зрелище для узкого круга.
- Да. - Я отпущу 11 заложников,
при одном условии.
Я хочу, чтобы внутрь пришел журналист.
С прямым включением.
Слушайте, я бы с радостью помогла вашей пропаганде,
но я не могу никого заставить идти к вам.
- Вы это прекрасно понимаете. - Да.
Вы абсолютно правы. Но никого не придется заставлять.
Вы просто предложите, и я уверен,
что желающих получить такое интервью будет предостаточно.
- Мне нужно подумать. - Разумеется.
Не забывайте, что я записываю наши разговоры.
В прошлый раз публика не слишком тепло
приняла ваше решение не отпускать восемь заложников.
Но вы подумайте. Не торопитесь.
Сукин сын!
Черт.
Давайте сменим тему. Как объяснить вот это...
- Любите футбол? - Конечно.
Профессор, кто в нашей стране не любит футбол?
Представьте футбольный матч.
- Опять футбольный? - Матч на чемпионате мира.
Бразилия играет с Камеруном. Кто победит?
Серьезно?
А если так:
кто вы хотите, чтобы победил?
Бразилия выиграет.
Но болеть буду за Камерун.
- За Камерун. - Да.
За Камерун, конечно.
И я за Камерун.
Если задумаетесь, то увидите: люди подсознательно...
...всегда...
...всегда выбирают сторону слабых.
У кого меньше шансов.
Если мы покажем миру нашу слабость,
наши раны,
что мы почти готовы
сдаться...
Тогда нам начнут
сопереживать.
Каждый, кто не бразилец, будет топить за Камерун.
И некоторые бразильцы тоже.
- Или бразильянки. - Ладно, ребята.
За Камерун!
Как там на футболе кричат?
Камерун!
- Камерун! - Переходим к плану «Камерун».
Мы освободим заложников из подвала.
К нам придет журналист, который всё это запишет.
Кто-то должен дать интервью.
И я предлагаю
Рио.
Знаю, ты злишься,
но ты нам нужен.
У тебя с эмпатией хорошо.
Думаешь, я полезу в ящик?
Чтобы Токио, сидя в тюрьме, увидела мою веселую рожу,
дающую интервью, как ни в чем не бывало?
Я же заложник.
Поэтому нет.
Давайте тогда я.
- Я родился плаксой. Я справлюсь. - Какой же ты плакса?
От тебя другие плачут.
Я дам интервью.
Если не надо будет много болтать.
Да, ты мог бы. Но нет.
Нет.
Это буду я. В маске.
В маске?
В прямом эфире и в маске?
Мы что, теперь террористы?
Игиловцы?
Ну уж нет.
Это интервью нужно давать
с открытым лицом.
Чтобы вся Испания
видела твои глаза,
слышала дыхание. Чтобы люди почувствовали твою боль
и немного грусти.
Да.
Можешь сам.
Только знаешь,
в чем проблема?
Вот уж у кого ни разу не видела боли и печали в глазах, так это у тебя.
Токио нет.
Рио не хочет.
Не зарубай того, кто знает свою работу.
Я могу быть хорошим актером.
Это точно. Он хорошо играет роль.
Отлично.
Значит, ты.
Интервью в обмен на освобождение 11 заложников.
Почему бы и нет?
Нас раскритикуют в пух и прах,
- но отказаться мы не можем. - Мы можем подать это
под предлогом проверки информации.
Подавайте, как хотите. Что по другому вопросу?
Я о засаде, которую вы устраиваете в больнице.
На каком основании? На основании тарелки анчоусов?
Им помогает кто-то снаружи, и нарушает все наши планы.
Анхель его раскрыл и едва не поплатился жизнью.
Но согласно отчету экспертов по автомобильной аварии
доказательств покушения на убийство нет.
И не забывайте, он ехал пьяный.
Ладно. Хотите доказательств? Устроим засаду в больнице.
Я солью прессе информацию, что Анхель раскрыл
главного по ограблению и очнулся из комы.
Я вам гарантирую: до пяти вечера
этот человек придет в больницу, чтобы убить его.
И мы должны его там поймать.
Вы просите меня заполонить всю больницу
агентами под прикрытием? Что за полицейская юморина?
Нам надо сосредоточиться на Монетном дворе.
А если они и заложников не выпустят, и журналистов заберут?
Интервью - очередной отвлекающий маневр, они время тянут.
Начальник, давайте хоть раз
мы устроим им ловушку, а не они нам.
Десяти хватит?
Двадцать.
Моника, пора на перевязку.
Пошли.
Сними комбинезон, я промою рану.
Можешь отвернуться?
Раз мы не вместе.
Без проблем.
Готова?
Подожди.
Всё, готова.
Как рана?
Сильно болит.
И жжет.
У нас будет лишь один шанс.
И он нужен нам живым.
Стрелять только в случае острой необходимости.
Для начала нам нужно
вывезти из палаты Анхеля в безопасное место.
Надо подготовить комнату на другом этаже.
После этого мы скажем прессе, что он очнулся.
Преступник заглотит наживку.
Все должны быть на своих местах.
Вы должны идеально сыграть свои роли.
Операция очень сложная.
Нужна полная сосредоточенность.
Нам дадут доступ к ближайшим камерам видеонаблюдения.
Охрана на этаже не нужна. В больнице тоже.
Даже патрульных рядом убрать.
Мы расстелем этому ублюдку ковровую дорожку в палату Анхеля,
где его будет ждать Лобо.
Агент Бальмаседа сыграет роль Мари Кармен.
Они устроят ему сюрприз.
Преступник - мужчина средних лет.
Он будет один, а у нас 20 агентов.
Ему не сбежать.
Сделала?
Давай.
Быстро.
Он заряжен.
Заряжен!
Хватит паковать деньги. Берите себе, сколько сможете.
Мы уходим.
Прячьте.
Быстро!
Мы уходим сейчас же. Довольно сидеть в этом дерьме.
Уходим.
Пятый день с начала ограбления. Ранен один заложник и два полицейских,
взрыв, побег заложников,
а сейчас корреспонденты нашего канала зайдут в Монетный двор
и покажут то, чего с замиранием ждут все.
Корреспонденты идут ко входу.
Мы навсегда запомним этот момент, он войдет в историю.
Сотни каналов по всему миру транслируют наш эфир...
Прикрывайте их, пока не зайдут.
...впервые тележурналисты окажутся на месте...
Двери открываются. Внимание,
остановитесь у подножия лестницы.
...эксклюзив из Монетного двора.
Через минуту мы станем свидетелями исторического момента.
Корреспондент Шестого канала и оператор зайдут на место преступления.
Дальше полиция идти не может. С этого момента
корреспондент и оператор сами по себе.
Такого мы еще не видели.
По всей стране опустели улицы.
Все по местам.
Доброе утро.
Здравствуйте.
Я Андрес Фонойоса. Спасибо, что пришли.
Можете надеть микрофон?
Конечно.
Итак, у нас есть сигнал.
- Это прямой эфир из Монетного двора. - Ракель.
Мистер Фонойоса, почему вы решили разрешить журналистам выйти
в прямой эфир?
Это решающий момент для всех нас.
И нам нужно, чтобы люди всё увидели.
Пройдемте за мной. Сюда.
Это Андрес де Фонойоса,
известный полиции преступник.
Грабитель и информатор, обвиняемый в торговле людьми.
Вот эти 11 заложников
- будут отпущены на свободу. - Вот они.
Я узнаю... Мануэля Гарсию,
Альфонсо Мартинеса
и Марию Корнехо. Похоже, их отпустят.
- Все нервничают... - Медикам приготовиться.
...как школьники перед звонком с урока.
Я хочу сказать всем спасибо.
За мужество и смелость,
которые вы показали.
А вам...
Вам особенно.
И вашему ребенку.
Вы сильная женщина.
Почему вы решили отпустить их только сейчас,
после пяти дней плена?
Почему сейчас?
Пять дней? Неужели прошло всего пять дней?
Понимаете...
Нам много тяжелых испытаний выпало.
Ситуация критическая.
У нас один выход - сдаться.
Поэтому вы здесь.
Этот жест - начало конца для всех.
Хельсинки...
Пора.
Можете идти.
Спасибо.
Снайперы, готовность. Группа захвата, держитесь в стороне.
Принял.
Мы отпускаем заложников, чтобы сдаться на более выгодных условиях.
- То есть, вы сдаетесь? - Мы понимаем, что проиграли.
Откройте дверь!
В прямом эфире освобождение 11 заложников.
- Они выходят. - Наконец-то хорошие новости.
Очень волнительный момент. Похоже, грабители пошли на уступки.
Но есть и другие потрясающие новости.
ИЗ МОНЕТНОГО ДВОРА
Фонойоса подтвердил, что ситуация критическая,
и им придется сдаться.
Цитирую его слова: «Это начало конца.
Мы понимаем, что проиграли».
Не знаю, видели ли вы трупы раньше.
Некоторые из нас - нет.
Вы пришли за правдой.
Вот она, правда.
Нам досталось.
Нас победили.
Очень важно, чтобы вы это подтвердили, прошу вас.
Да.
У него нет пульса.
Его ударили сбежавшие заложники.
И вскоре он умер.
Может, для остальных людей
он просто вор.
Но для нас он был напарником и другом.
Никто не готов к такому.
Никто. Это одна из причин, почему мы отпустили заложников.
Кое-кто из нас не надеялся выбраться отсюда живым.
Я не думал, что это будет он.
Вы хотите сказать, что кто-то из вас готов пожертвовать жизнью?
Нет.
Вовсе нет. Мы обычные люди.
Люди, которые пережили много трудностей.
Разных трудностей. Как любой человек.
В том числе смертельную болезнь. И мы должны
пойти на такие отчаянные меры, чтобы оставить что-то нашим семьям.
Оставить что-то тем, кого мы любим.
Я подтверждаю, что смертельно болен. У меня миопатия Хелмера.
Полиция знала об этом.
Но они бесстыже оболгали меня.
Я вам так скажу: я хоть и вор...
Да, я всю жизнь грабил: банки, ювелирные магазины.
Я совершал налеты на дома, но никогда не продавал людей.
Я не торговал женщинами.
Я не продавал
и не насиловал
несовершеннолетних.
Я не такой.
Спросите у полиции, у них есть все данные.
То есть, полиция обманула народ?
Полицейские соврали!
Обманули народ!
Обманули моих друзей.
Опорочили мою фамилию.
Да, я вор.
Но ни у кого нет права клеветать на меня.
Я, как и все, имею право
умереть с миром,
с достоинством.
Пожалуйста, не снимайте.
Тем утром на нас смотрел весь мир.
Люди молчали в кафе и в такси.
Фонойоса уличил полицию во лжи.
Сказал, что они оболгали его в СМИ, и потребовал
обнародовать официальные данные.
Мы были камерунцами, играющими босиком против Бразилии.
Все болели за нас.
А теперь дадим слово ведущей новостей Кристине Саведре.
К главному: помощник инспектора Анхель Рубио, похоже, вышел из комы.
Его ввели в искусственную кому после автомобильной аварии.
Напомним, что помощник инспектора разбился
на трассе М-506, врезавшись в строительное сооружение,
в результате чего его автомобиль перевернулся несколько раз.
Профессор, вы видели новости?
Найроби, я хочу, чтобы вы сплотились как никогда.
Передай Рио, что я вытащу Токио из тюрьмы.
Да, Профессор. Слушаюсь, сэр.
Дай трубку Берлину.
Берлин.
Меня?
Да, тебя.
Спасибо.
Да.
Помощник инспектора выходит из комы.
- Какие шансы, что это правда? - Не знаю.
Элементарная уловка полиции.
Чтобы ты появился в больнице
и закончил работу. Киношный прием.
А если нет?
Только он знает, кто я такой.
В какой он палате?
В 119-ой.
Это ловушка.
Да.
Шанс, что это ловушка - 90 процентов.
- Я бы сказал - 99. - Девяносто девять.
- Оставим им один процент шанса? - Нет.
Ты должен убедиться сам. И если это не ловушка,
прикончить его.
Прийти в больницу,
где меня будут ждать полсотни полицейских?
Серхио, включи мозги.
Ты провел детство в больницах.
Тебе ли не знать, как обойти всю кавалерию
и не попасть в ловушку?
Я знаю.
Эту кавалерию...
...нужно заставить бежать.
Перевод субтитров: Юлия Краснова