ОРИГИНАЛЬНЫЙ СЕРИАЛ NETFLIX
11 МАЯ 1937 ГОДА
Войдите.
А вот и ты. Заходи.
Я как раз готовлюсь к завтрашнему торжеству,
и мне нужен архиепископ.
Не окажешь ли честь?
Читай отсюда.
«Готово ли Ваше Величество принести клятву?»
Да.
Я готов.
«Дабы соблюдать ее и чтить неп…
…непре…»
Непреложно.
Это когда даешь обещание, которое не можешь нарушишь.
Поистине священное обещание.
Да!
- Мы готовы, сэр. - Пока рано, Томми.
Мы даже до помазания не дошли.
Ты должна помазать меня,
а иначе я не смогу…
…стать королем.
Понимаешь?
Когда меня коснется священный елей,
я перевоплощусь.
Вступлю в непосредственный контакт с божественной сущностью.
Изменюсь навеки.
Обрету связь с Богом.
Это самая важная часть всей церемонии.
Так что нам стоит подготовиться, верно, архиепископ?
«Да будут руки твои помазаны священным елеем.
Да будет грудь твоя помазана священным елеем.
Да будет голова твоя помазана священным елеем.
Аки помазаны были короли, священники и пророки».
Ничего себе. Ну и тяжеленная же она.
Два килограмма, сэр.
И это я молчу о ее символической тяжести.
А я так надеялся этого не увидеть.
Это не так просто, как кажется.
Король говорил то же самое.
Помню.
Могу ли я одолжить ее на пару дней?
Потренироваться.
Одолжить, мэм?
У кого?
Кому она может принадлежать, если не вам?
ПЫЛЬ В ГЛАЗА
Тише, Анна.
Готовы?
Закрой глаза и не открывай, пока я не скажу.
- А где герцог? - Его Высочество отправился летать.
- Папа? - Папа?
Опять?
И когда великий день?
Летный экзамен? Через две недели.
- Всё еще идешь на рекорд? - Я его поставлю.
- Если не отвлекаться. - Тогда вынуждена тебя расстроить.
Что такое?
Мне нужна твоя помощь.
Я рассчитываю получить нашивки быстрее всех в истории авиации.
Дело важное. Я хочу, чтобы ты вошел в коронационный комитет.
- В качестве кого? - Председателя.
Но у тебя ведь уже есть Бернард.
Герцог Норфолк уступит тебе место.
Я хочу публично заявить о своем доверии.
- Нет нужды опекать меня. - Я и не опекаю.
Ты пристраиваешь меня из жалости, ну и приличия ради.
Дело не в этом.
Я лишь хочу, чтобы мы чаще бывали вместе.
Мы и так постоянно вместе.
Вот и нет. Ты же вечно летаешь или обедаешь с кем-то там.
Всего пару часов в неделю. А что прикажешь делать?
Сидеть куковать, пока ты королевствуешь?
- Королевствую? - Именно так.
А ты мог бы и помочь.
Ты уже оказала мне честь, поручив ремонт Кларенс-Хауса.
- И ты справился. - Чувствовал себя девчонкой.
Суетился с занавесками да краской.
Так себе покоролевствовал.
И каковы обязанности?
Герцог Норфолк занимается организационной стороной мероприятия,
рассаживает гостей, занимается процессией,
ну а ты, как председатель комитета, должен служить источником вдохновения.
Им нет дела до моего мнения. Эти седовласые старцы ненавидят меня.
- Ничего подобного. - Уж поверь.
Они считают меня чужаком.
Ходячим недоразумением. Все так думают.
Дай мне полный контроль, или я пас.
Таковы мои условия.
Хорошо.
Только давай без безумств.
- Как это понимать? - Буквально — не безумствуй.
Ведь речь о коронации.
Этот обряд существует уже тысячу лет.
- Некоторые традиции неизменны. - Да-да, понял я.
БУЛОНСКИЙ ЛЕС, ПАРИЖ
Когда вы переехали?
Имение находится в собственности Парижа,
однако, к счастью, город разрешил нам взять его в аренду
в обмен на скромную плату.
И мы переехали к концу лета.
Мисс?
Полагаю, вы были рады, Ваше Высочество.
Это не мой титул.
- Больная тема. - Я просто герцогиня.
А не «В.К.В.» Зовите меня «мэм».
Мэм?
Или «Ваша светлость».
Почему вы выбрали именно это имение?
Большой парк гарантирует уединение.
И тут просторно, а значит, можно устраивать приемы,
столь горячо любимые нашей семьей.
В этом герцогине нет равных.
Наш редактор просил вас дать пару советов
о том, как организовать достойный прием.
Мы на это соглашались?
Да, дорогая. Нам доплатили.
Улыбаемся.
Прекрасно.
Я бывший офицер флота,
а посему меня не привлекают вычурные вещицы или ароматы.
Но даже я жалую отменно сваренное мыло.
Какой совет вы бы дали молодежи в отношении стиля?
Что бы ни диктовала мода, ладно скроенный костюм из дивной ткани
везде придется ко двору.
Вы ведь этого хотите?
Вам повезло.
Он никого сюда не пускает, это его личные покои.
Полные тайн.
Не тайн, дорогая, а драгоценных воспоминаний.
Я заглядываю сюда на несколько минут каждый день,
чтобы поразмышлять и предаться воспоминаниям.
Вот это да. У вас и волынка есть?
Да, я играю.
Когда тоскует по дому.
Мое любимое кресло.
- А что за чемодан? - Ящик.
Каждый день правительство передает монарху красный ящик с делами.
Там государственные бумаги, насущные вопросы.
Дела, требующие внимания короля.
Это ящик я сохранил со своего последнего дня в роли монарха.
Там документы об отречении.
На всех монарших снимках
вы изображены без короны.
- Почему? - До короны дело не дошло.
У меня не было коронации.
Забыл упомянуть.
Мне сегодня звонил сэр Джон Вейр.
Кто?
Врач моей матери.
Говорит, что, по его мнению,
ей осталось совсем недолго.
Нам с сестрой следует вернуться.
Со мной?
Лучше останься.
А если она умрет?
Будем надеяться, что так.
Не хочется лететь дважды.
Мне нужно собраться с духом.
Дорогой мой.
И поехать без тебя.
В промозглый Лондон.
Беспощадный Лондон.
Дьявольский Лондон.
Потрахаемся?
Лорд великий камергер, лорд-камергер,
маршал дипломатического корпуса и ревизор, Ваше Величество.
Я приняла решение касательно коронационного комитета.
Я хочу, чтобы его председателем стал мой супруг.
Это невозможно, мэм.
Председателей не может быть двое.
Насколько я знаю, супруг у меня один.
Но на эту должность рассчитывает герцог Норфолк.
- Он граф-маршал. - Допустим.
И главный дворецкий Англии. Он 16-й герцог Норфолка на этом посту.
Он организовывал коронацию вашего отца, а его отец — коронацию вашего деда.
Председательство в комитете стало для них потомственным делом.
Может, дашь Филиппу другое задание?
Например?
Пускай подыщет фотографа.
Он хочет быть председателем.
Без кураторов.
Значит, этого хочу и я.
- Норфолк будет вице-председателем. - Может, подумаешь?
Я уже подумала. И мое решение окончательное.
Спасибо.
Очевидно, герцог Норфолк будет в ярости.
- Да. Его легко вывести из равновесия. - И что предложит Ваше Величество?
Побеседую с Бернардом, и здравый смысл восторжествует.
Королева юна.
Ей предстоит усвоить главный урок любого полководца.
А именно?
Иногда нужно сражаться, а иногда — отступить.
И как мне следует действовать?
Как и всегда.
Ровно так, как я велю.
Кстати говоря, я беседовал с архиепископом Кентерберийским,
и он согласился помочь нам с другим деликатным вопросом.
С герцогом Виндзорским.
- Когда он прибудет? - Сегодня днем.
Да поможет нам Бог.
- И когда вы с ним увидитесь? - Вероятно, завтра, мэм.
Хорошо. Чем скорее, тем лучше.
- Будь потверже, Томми. - Да, мэм.
Он же словно ртуть. В любую щелочку сумеет просочиться.
Добрый день.
Я вернулся в Лондон, дабы навестить матушку, королеву Марию,
которая, к счастью, в последние дни чувствует себя гораздо лучше.
Большое спасибо.
Моя дражайшая возлюбленная…
Лондон отвратителен, противен
и всё еще кишит моими мерзопакостными родственничками.
Я каждый день заглядываю к своей матушке,
и хоть она выглядит не так дурно, как говорили врачи,
она уже явно не покинет свои покои
и точно не покажется на людях.
Что?
Не уходи.
Я не ухожу, мамочка.
Это одно из тяжелейших испытаний в моей жизни.
Я вынужден проводить много времени рядом с женщиной,
что была столь безжалостна к тебе, и это невероятно выматывает.
Войдите.
Извините, Ваше Королевское Высочество.
В чём дело?
Звонил секретарь архиепископа Кентерберийского.
Его Светлость желает вас видеть.
В связи с чем?
Он не сообщил, сэр. Надеется встретиться с вами завтра.
Ладно. У меня запланирована пара дел, но архиепископ может прийти на обед.
Встреча запланирована на 16:00.
- Ну ничего. Напоим его чаем. - Встреча в Ламбетском дворце.
Разумеется.
Я ведь больше не король и вынужден сам ездить к ним.
- Спасибо. - Спокойной ночи, Ваше Высочество.
Его Королевское Высочество герцог Виндзорский.
Господи. Это что еще?
- Западня? - Вовсе нет, сэр.
Всего лишь встреча давних друзей, которые хотели бы
обратиться к вам лично
в надежде на то, что вы сделаете то, что все мы считаем…
Целесообразным.
И о чём речь?
О коронации.
А что не так с коронацией?
Все мы признаём,
что вы,
как ближайший родственник королевы, имеете право посетить церемонию.
Однако, если эту священную церемонию посетит человек,
который по каким бы то ни было причинам
не сумел найти в себе силы принять на себя
подобные обязательства,
мы можем спровоцировать недовольство, что будет в высшей степени досадно.
Для кого?
- Для всех. - Я не тебя спрашиваю.
Это Кухарка постаралась?
Королева-мать?
Это всё ее жирных пальчиков дело.
Она скинула на вас грязную работу, а вы и рады, архиепископ. Стыдно!
Я приду на церемонию, если захочу. А я захочу, и моя жена тоже.
Увы, нет, сэр.
Разумеется, королевская семья обязана пригласить вас,
вы же член семьи.
Но на герцогиню эти обязательства не распространяются.
И мой долг сообщить вам от имени королевской семьи
и правительства, с которым мы также посовещались.
Ей приглашение не полагается.
Безумие какое-то.
Малодушие и мстительность
поистине не знают пределов.
С момента отречения прошло уже 17 лет.
- Не пора ли уже оставить прошлое? - Есть то, что забыть нельзя.
Скажем, кто из нас может забыть битву на Сомме?
Ты сравниваешь мою любовь и обязательства по отношению к жене
с кровавой резней времен мировой войны?
Почему не воспользоваться столь торжественным случаем,
восхождением на престол нового монарха, прелестного дитя,
символа современности, перемен и прогресса, и забыть про все обиды?
Ведь уровень развитости общества
определяется его терпимостью и умением прощать.
И это же признаки слабости.
Порой нужно провести черту.
Ты, Томми, позоришь учреждение, которому служишь,
а заодно и страну, которую оно обслуживает.
Я готов выслушать лекцию об оскорблении нации от многих, сэр,
но не от вас.
Взглянем правде в глаза, всё это — чистой воды фарс.
Вы уже знали ответ на сделанное мне предложение.
Альтернативы схожи с теми, что были при первоначальном конфликте.
Вы спрашиваете, согласен ли я выказать неуважение к любимой женщине?
Нет, ни за что, а посему я отказываюсь посетить коронацию своей племянницы,
хоть я всегда и был ее любимым дядей.
К слову, ее голос имел решающее значение.
Да неужели?
Ясно, от кого ей досталось холодное сердце.
Уж явно не от моего братца-слабака.
Покойный король вовсе не был слабым, сэр.
Думаю, я выскажу общее мнение, назвав его героем.
Несомненно.
Ах, лорд архиепископ
Несчастный лицемер
Обманщик и предатель Таков уж твой удел
Христианской добродетели
Навеки ты лишен Несчастный старый хрыч
Мерзотный пустозвон
Стишок, написанный в честь вашего вероломного предшественника
в год моего отречения.
Эти строки поразительным образом применимы и к вам.
Если я решу опубликовать заявление,
ознакомитесь?
Конечно, сэр.
Мне известно, что правящий монарх вправе пропустить коронацию.
Стоит распространить это правило
и на бывших королей.
Дабы не вгонять меня в краску.
И сбить стервятников со следа.
Весьма изящное решение, сэр.
Кабинет наверняка его поддержит. Томми?
Я поговорю с Их Величествами.
Звонили из Мальборо-хауса.
Это касается Ее Величества, королевы Марии.
Дражайшая моя возлюбленная…
Наконец-то всё кончено.
Вчера днем маме стало дурно,
а утром произошло кровоизлияние.
Врачи напичкали ее транквилизаторами и морфием,
дабы избавить от страданий.
В конце концов, она умерла во сне.
Печально, конечно,
но давайте не будем забывать, какую ненависть они питала ко мне
до последнего своего вздоха.
Боюсь, при жизни в ее жилах текла такая же ледяная кровь,
что течет и после смерти.
Позже все члены семьи сели обсуждать,
какие из личных вещей покойной приглянулись им больше всего.
Не совсем.
Я намекнул Ширли Темпл, что приглядел кое-что и для себя.
Но меня не будет, когда начнется дележка,
стало быть, проку с этого мало.
Ну что за гнусная шайка эти мои родственнички.
Стая жалких, облезлых гиен — вот в кого превратилось большинство.
Что я всё о них да о них.
Я тоскую по нашей счастливой жизни
вдали от придворных распрей и свар.
Я тебя обожаю, моя дорогая,
сильнее, чем ты можешь представить,
и я взбешен, что тебя нет рядом со мной,
хотя ты имеешь на это полное право.
Пока была жива королева Мария,
вместе с ней продолжали жить отголоски великих эпох
королевы Виктории и Георга V.
Она доказала,
что сила духа была и остается
главным козырем британской монархии.
Куда бы она ни шла,
всюду ее сопровождали аплодисменты,
свидетельствующие о глубокой любви и искреннем уважении.
Заметила?
Всё как на похоронах твоего отца. До мельчайших деталей.
И лица всё те же.
Всю свою жизнь королева считала себя
служительницей своей родины и была верна ей до последнего вздоха.
Видать, стоит кому-то в семье дать дуба, они говорят:
«Как там в тот раз было? Сделаем всё точно так же».
Тем временем те,
кто хотят присутствовать, ждут за дверьми.
Твоя коронация будет другой.
Ты молода. Ты символ новой эпохи.
Стремительно меняющегося современного мира.
Твоя коронация должна это отражать.
- Прости. - …всемогущий Господь.
Извини, дорогая.
Земля к земле,
пепел к пеплу,
прах к праху.
С верой и надеждой на воскрешение в жизни вечной
через Господа нашего Иисуса Христа, изменившего тела наши грешные,
дабы походили мы на его великолепие.
Дамы и господа…
Пора.
Доброе утро.
Лови-ка.
Напомни,
а как полагается называть кучку старых выпускников Итона?
Стадо? Стая?
Косяк?
Спасибо.
Господа.
Спешу заверить — для меня великая честь,
что столь умные и талантливые люди
собрались здесь для подготовки к незабываемой церемонии для моей жены,
королевы.
Все мы прекрасно осознаем масштаб события.
Британия окажется в центре всеобщего внимания,
и мы должны показать себя с наилучшей стороны.
В подобных условиях велик соблазн
раскатать красную дорожку и повторить успех
грандиозных и успешных церемоний коронации прежних монархов.
Однако обращаться к прошлому
в поисках вдохновения будет ошибкой.
Современная Британия уже не та, что прежде.
То, что было принято во время коронации моего тестя
17 лет назад, потеряло свою актуальность.
И я предлагаю внести некоторые изменения.
Сделаем церемонию менее претенциозной и более демократичной.
Проявим уважение и чуткость к реальному миру.
У нас новый суверен — юная дама.
Так давайте же сделаем так, чтобы ее коронация символизировала
ветер перемен, который она олицетворяет.
Королева открывает для нас эру новшеств и прогресса,
где удивительные технологии
способны на то, о чём мы даже не мечтали,
что подводит меня ко второй мысли…
До чего бессовестная вульгаризация!
Насколько близко вы предлагаете поставить эти камеры?
Они будут установлены в разумном отдалении.
Никаких крупных планов, сэр?
И всяких там приблуд.
Что вы. Всё будет выполнено с величайшей деликатностью
и уважением к торжеству.
Однако
у меня есть пара мыслей относительно самой церемонии.
Каких же?
Мы же оба всё видим.
Юная парочка затеяла брачные игры
с самой важной частью нашей истории и культуры.
Королева не была бы в восторге от его радикальных идей.
Телевидение — лишь верхушка айсберга.
Она попросту печется о своей личной жизни,
давая мужу работу, дабы тот чувствовал себя нужным
и занятым.
- Вот каков расклад, Уинстон. - Так что еще он предложил?
- Премьер-министр. - Ваше Величество.
Надеюсь, речь пойдет не о моем муже.
Я просила — без безумств.
Никто не ставит под сомнение мотивы герцога Эдинбургского,
а также искренность его воззрений.
Ясно. Без безумств не обошлось.
Он предлагает модернизировать
древнейшие и священные обряды и тексты, прежде не подвергавшиеся изменениям.
Он перевернул всё с ног на голову.
И если бы речь шла о бизнесе, ему бы рукоплескали,
однако же речь не о коммерции, а о короне.
И возникает вопрос,
в чём же высшая цель короны? Каково предназначение монархии?
Подчиняется ли корона воле народа? Обязана ли она отчитываться?
Или ей следует держаться подальше от мирских вопросов?
Что скажете вы?
Нет, мэм.
Что скажете вы?
Решение остается лишь за вами.
Все мы подчиняемся вашей воле.
Вы не могли бы пройти в ризницу?
Хорошо.
- В прятки играешь? - Я просила не преступать черту.
Я хочу карт-бланш, иначе никак.
В аббатстве будут лидеры профсоюзов и бизнесмены?
- Ты же хочешь сохранить трон? - Коронацию покажут по телевидению?
Если не хочешь революции — да.
Не забывай, я собственными глазами наблюдал падение монархов,
отдалившихся от народа.
Я бежал из Греции, сидя в ящике. Отец чуть не погиб, а дед был убит.
Я хочу защитить тебя.
От кого? От британского народа?
Ты же не знаешь, чего они хотят.
Ну конечно, я ж беспризорный чужеземец, куда уж мне понять.
Хочешь помпезную и богатую церемонию,
пока твои подданные мучаются голодом — ради бога.
Но не плачься мне, когда твою голову и головы наших детей насадят на колья.
Когда народ голоден, его нужно приободрить.
И как ты намерена это сделать, если церемонию никто не увидит?
Люди ищут в монархии то, чего им не хватает.
Вдохновения. Высшего идеала.
Разве можно смотреть церемонию дома, сидя за ужином?
Это демократизация. Так они смогут ощутить сопричастность.
Ладно!
Я поддержу идею с телевидением.
Ты не пожалеешь.
При одном условии.
Ты преклонишься.
- И кто тебе сказал? - Премьер-министр.
- Хочешь отказаться? - Я лишь спросил.
Разве можно в наш век заставлять супруга королевы
вставать перед ней на колени? Почему нельзя просто стоять рядом?
Ты встанешь не передо мной.
А выглядеть всё будет так,
будто я безвольный евнух, пресмыкающийся перед женой.
Ты преклонишься перед Богом и короной, как и все.
- Ты-то на коленях не стоишь. - На меня и без того давит вес короны.
Нечего прибедняться. Я вижу всё совсем иначе.
- И как же? - Ты в восторге от власти.
Ты стала отталкивающе надменной и высокомерной, чего раньше не было.
А я вижу в тебе слабость и неуверенность в себе.
- Ты моя жена или королева? - И то, и другое.
Я хочу быть женат на своей супруге.
Сильный мужчина преклонился бы без вопросов.
- Я не стану. - Это не просьба жены.
- Приказ королевы? - Да.
Сделай для меня исключение.
Нет.
Идем же, они скоро прибудут!
Дэвид!
Пора встречать гостей, дорогой.
Уже иду.
В шестой раз в истории Англии
на престол восходит королева. Значимое событие для страны,
довольствующейся благами послевоенной эпохи.
От Букингемского дворца отбывает карета с королевой и герцогом
и движется к Вестминстерскому аббатству…
Итак, господа.
Она прибывает.
В чудовищной Золотой парадной карете.
Собрана в середине XVIII века.
Ничего неудобнее человечество еще не видывало.
ТРАНСЛЯЦИЯ
Проверим еще раз, господа.
- Западный вход. - Западный вход, сэр.
Трифорий.
Трифорий наготове, сэр.
- Южный трансепт. - Южный трансепт наготове, сэр.
- Орган. - Наготове, сэр.
- Второй трифорий. - Второй трифорий наготове, сэр.
Господа.
- Три, два, один. - Спасибо.
ТРАНСЛЯЦИЯ
Королева проходит под Вестминстерским склепом
в тени усопших королей,
солдатов и поэтов, что веками лицезрели величие Англии.
- Кто это? - Это?
Лорд Маунтбеттен. Дядя герцога Эдинбургского.
Человек, который профукал Индию, а заодно и собственную жену.
Ему наставил рога сам Джавахарлал Неру.
Второй трифорий, чуть левее, пожалуйста.
Левее.
Процессию возглавляют четыре рыцаря Ордена Подвязки:
герцог Веллингтон и Портленд,
граф Фортескью и виконт Аллендэйл.
Они скрывают Ее Величество под золотым балдахином,
ибо близится священнейший ритуал — помазание.
Три, два, один…
ТРАНСЛЯЦИЯ
Куда она делась?
Сейчас будет помазание.
Самый священный,
самый торжественный и сокровенный момент
всей церемонии.
Так чего ж не покажут?
Потому что мы лишь смертные.
Готово ли Ваше Величество принести клятву?
Да, я готова.
Дабы
соблюдать ее и чтить…
Непреложно?
Я готова.
Да будут руки твои помазаны священным елеем.
Да будет грудь твоя помазана священным елеем.
Да будет голова твоя помазана священным елеем.
Аки помазаны были короли,
священники и пророки.
И как Соломон
был помазан
на царство
Садоком-священником и пророком Нафаном,
так и ты будешь помазана,
благословлена
и провозглашена королевой среди людей,
ибо Господь Всемогущий
даровал тебе право царствовать и править.
Во имя Отца,
Сына
и Святого Духа.
Аминь.
Елей и клятвы.
Держава и скипетр.
Символ на символе.
Крепко запутанный клубок
мистических таинств и литургий.
Все линии настолько размыты,
что ни священнику, ни историку, ни юристу
не по силам разобрать, что к чему.
Безумие.
Напротив. Всё вполне себе здраво.
Кому нужна ясность, когда есть волшебство?
Кому нужна проза, когда есть поэзия?
Стоит убрать вуаль,
и что предстанет взору?
Самая обыкновенная девушка с весьма заурядными способностями
и довольно слабым воображением.
Но стоит замотать ее в тряпки да умаслить елеем,
и поглядите-ка,
кто у нас тут?
Истинная богиня.
Боже, храни королеву!
Как вы отказались от такого?
От шанса стать Богом?
Я отрекся от всего в пользу чего-то большего.
Ради любви.
Я, Филипп, герцог Эдинбургский,
клянусь принадлежать вам, почитать вас и восхвалять.
Клянусь служить верой и правдой,
доверять вам жизнь и смерть свою, вопреки всему.
Да поможет мне Бог.
Перевод субтитров: Юлия Фетисова